Истории яхт-клуба

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

Космос

Не подозревая о последствиях, основатель и благодетель яхт-клуба, тогда еще мичман Алексей Алексеевич Пещуров, был близко дружен с замечательным своим соплавателем на фрегате «Диана» Александром Федоровичем Можайским. С которого, собственно, и началось то, что впоследствии стало российской авиацией, а потом и космонавтикой.

1981 год. Начало учебного года в Николаевской мореходной школе. Энергия курсантов бурлит, все мечтают о плавательской практике. Среди инструкторов тех лет особенной популярностью пользовался Валерий Иванович Целинко, невысокий крепыш был предметом повышенного внимания по простой причине. Он был капитаном яхты с поэтическим названием «Бегущая».

Была осень, яхту нужно было поднимать для предстоящей зимовки. Из вновь поступивших курсантов вырисовывалась некоторая группа. К сожалению, энтузиазм — вещь скоропортящаяся, и мечтатели с голубыми глазами, столкнувшись с осенними мокрыми яхтенными буднями, быстро забывают о романтике, остаются два-три самых упорных. После окончания мореходки вспоминают свое яхтенное прошлое с гордостью и легкой иронией.

Не берусь утверждать точно, но мысли Валерия Ивановича были о подъеме яхты, о горышнем ветре, который выгнал некстати воду. И, следовательно, под крановую стрелу «Бегущая» подойти не сможет, а значит, нужно ждать низовку и т. д. И тут примчался рассыльный: «Вас к начальнику».

В кабинете начальника Николаевской мореходной школы Михаила Федоровича Деньговского удобно расположились директор Черноморского завода, яхтсмен Юрий Иванович Макаров и незнакомый человек, с острым интересом разглядывавший Целинко.

Вот он, звездный час нашего яхт-клуба.

Дело в том, что американские специалисты из космического центра имени Джона Кеннеди, расположенного на полуострове Флорида, разработали технологию подготовки астронавтов. Она здорово отличалась от нашей.

Будущего астронавта высаживают в океане в маленькую яхточку. В экстремальных условиях, не имея особенного опыта, претендент на полет определяет место нахождения (штурманские навыки) и, в одиночку преодолевая океанские мили, приходит в точку, указанную заранее.

Московские ребята из центра подготовки космонавтов, прослышав об эдаком, примчались в наш корабельный край. Тем более? что предварительный опыт в космических делах здесь присутствует.

Жил в нашем городе человек, которого звали Владимир Владимирович Рюмин, кстати, он присутствовал на учредительном собрании нашего яхт-клуба. Он оценил значение трудов К. Э. Циолковского, и в издаваемом в Николаеве журнале «Физик-любитель» издал серию статей об отце космонавтики еще в 1905 году. На протяжении длительного времени вел дружескую переписку с Циолковским. В одном из писем Константина Эдуардовича к Рюмину есть фраза: «В смелости я Вас почитаю первым, также в деликатности и в глубине ума».

Следующий звездный момент у наших берегов состоялся в 1971 году. На Черноморском заводе было построено научно-исследовательское судно «Академик Сергей Королев», на борту которого в 79 лабораториях размещалась космическая аппаратура.

На спуск судна приехали космонавты, и оказалось, что житель нашего города, писатель Андреан Митрофанович Топоров, был школьным учителем космонавта №2 Германа Титова, доброе уважительное отношение к которому в семье Титовых трепетно хранилось многие годы. Став известным всему миру человеком, Герман побывал в Николаеве, встретился с Топоровым и ласково называл его «духовным дедом».

Таким образом, наши уважаемые и мудрые директор Черноморского завода Ю. И. Макаров и начальник НМШ Михаил Федорович Деньговский предложили услуги нашего городского яхтенного опыта в лице В. И. Целинко Московскому космическому центру.

Я уверен, они не ошиблись, и их протеже соответствовал самым высоким требованиям. Яхта была построена в Николаеве. Назвали «Таис». Построили из тогда в изобилии имевшегося на наших заводах алюминия. Три отсека, носовая часть — форпик имел таранную переборку, ахтерпик также выполнял роль воздухоносной полости, что обеспечивало определенную степень непотопляемости. Завеса секретности предстоящего плавания была весьма относительной, и знаменитая фраза Валерия Ивановича «Есть мнение» была заключительной, отданной на берегу.

Таким образом, московский гость с яхтенной фамилией Ветер, приехавший для обучения, приобщился к старой яхт-клубовской традиции обязательного посещения перед выходом в море берегового кафе, часто меняющего название, но не суть. На берегу его зовут «Бодегой».

У нас это название ассоциируется с выбоиной на дороге, наполненной водой. Оказывается, корни название имеет заокеанские.

В далекой Гаване существует любимое кафе старого моряка, писателя Эрнеста Хемингуэя с названием «Бодегита». Выпускники мореходной школы, вернувшись из дальних странствий, посещая яхт-клуб, присвоили кафешке это звучное испанское имя.

Итак, последовало кратковременное посещение, распитие, стремительное прощание, и «Таис» отправилась в свой «девичий рейс». Яхту вел московский гость, а Валерий Иванович давал советы и рекомендации.

Отправляясь из Николаева в Крым автобусом, средний обыватель не представляет себе пограничных сложностей, с которыми сталкиваются яхтсмены. Нужно, преданно согнув спину, заглянуть в воротную амбразуру николаевской погранзаставы. Обнаруженный там полгода отслуживший солдатик, с гордостью за возможности своего ведомства, может продержать вас в этой позе сколько ему вздумается. И не обольщайтесь возможностью тут же получить разрешение выйти в голубые просторы. Помурыжив положенное время, вас отпустят в дальнее плавание до Очакова.

Очаков — стык двух величественных стихий — лимана и моря.

Естественно, у тамошнего начальника заставы свои проблемы, поважнее ваших яхтенных бредней. Наконец, выход дан, и вы можете проследовать в зыбкие дали.

Написанное выше не имеет никакого отношения к плаванию яхты «Тайс» в октябре 1981 года. Все ефрейторы и даже их начальство были проинструктированы сверху. Валерий Иванович, многолетняя жертва черноморского пограничного произвола, гордо восседал в кокпите, рассекая все немыслимые пограничные заслоны.

О штормах и прочих атмосферных явлениях позволено думать Немирову и всем остальным, находящимся вне наших пределов. Вставшие под паруса в наших территориальных водах своей основной целью имеют доставление удовольствия пограничному начальству.

Небывалый по тем годам случай: «Таис» без захода шла из Николаева в Керчь. В истории яхт-клуба был только один подобный случай. В 1969 году николаевские яхты шли в Ульяновск, в поход, посвященный предстоящему 100-летию со дня рождения В. И. Ленина.

Вернемся на «Таис». Первый этап плавания был учебным, и будущему яхтенному учителю советских космонавтов предстояло обучиться многому.

Ученик был способным, яхта имела простую и надежную конструкцию, учитель был корректным и ответственным. Десятидневный переход закончился благополучно. Из Керчи Ветер, наставляемый Валерием Ивановичем, один отправился в двухнедельное плавание по Азовскому морю.

Вот что об этой акватории мрачно сообщает лоция: «На Азовском море часто свирепствуют бури, сопровождающиеся крушениями судов. Наибольшее количество бурь приходится на октябрь месяц. Ветры, северные и восточные, утоняют воду через пролив в Черное море, и Азовское в таких случаях сильно мелеет. В 1850 году  уровень понизился на 2,6 метра, а в 1849 году поднялся на 4,5 метра».

Капитан Ветер отработал свою космическую программу, преодолевая штормы и благополучно расходясь с многочисленными в те годы рудовозами из Ждановского морского пароходства. А наш Валерий Иванович Целинко терпеливо ждал в Керчи, волнуясь и сочувствуя своему звездному ученику.

Все окончилось благополучно, «Таис» пришла в порт, и после двухдневного отдыха отправились в обратный путь. Ночи стали длиннее, туманы, шторма, и после 10-дневного плавания яхта пришла в яхт-клуб.

В последующие месяцы космическое начальство призадумалось, и в феодосийском Приморском судостроительном заводе был заказан тримаран, сильно уступающий в комфорте нашей «Таис». Имя он получил «Таис 3». Валерий Иванович был приглашен на достройку и ходовые испытания. Капитан Ветер проверял новое судно в самых различных условиях. Были участие в «Кубке Черного моря» и даже авантюрный зимний переход из Бердянска в Керчь.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41