Верфь на Ингуле

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72

Коммунаровцы включились также в восстановление и строительство объектов социально-культурного назначения: заводского дома культуры, жилья. На берегу Южного Буга был возведен первый в Николаеве дом отдыха для судостроителей «Коммунар». Заводчане выступили инициаторами восстановления областного драматического театра, до основания разрушенного немцами. По этому поводу областная газета «Южная правда» 8 сентября сообщала: «По инициативе рабочих, ИТР и служащих завода им. 61 коммунара восстанавливается монументальное здание областного театра им. Чкалова. Николаевцы своими силами, на свои средства строят культурный очаг, добиваясь, чтобы он был красивее, уютнее, чем до войны».

Кто же вернул жизнь заводу? Где нашлась такая сила, которая смогла одолеть страшную разруху? С чего и когда это началось?

Документы подтверждают, что это началось 28 марта 1944 года, в день освобождения города, и началось все с энергетического цеха завода. В этот день в 4 часа дня на берегу Ингула собралось первое после освобождения города рабочее собрание энергетиков. Всех волновал один вопрос: с чего начать? Собрание шло недолго. Участники его решили, что начинать надо с восстановления сердца завода — энергетического цеха. Хотя цеха фактически не существовало, собравшиеся были полны решимости восстановить свое детище в кратчайший срок и восстановить так, чтобы другие могли у них поучиться. Именно энергетики положили начало тому огромному трудовому подъему, благодаря которому кораблестроители за короткое время возродили свое предприятие.

Перед заводскими энергетиками во главе с начальником цеха М. И. Орищенко и главным энергетиком А. М. Меньшиковым была поставлена задача — восстановить первую очередь заводской электростанции и подать электроэнергию в сеть в срок до 15 июня 1944 года. Энергетики завода и прикомандированные к ним механики, электросварщики, рабочие других специальностей взялись за дело. Работали день и ночь, ночь и день, почти не зная отдыха. Многие неделями не выходили с завода. Каждый понимал, что город не может жить без энергии. Взялись за сборку одного из двух взорванных турбогенераторов. Особенно трудно было восстановить регуляторную колонну турбины. Газосварщик высшей квалификации из трубомедницкого цеха Кариотти из 34 обломков и кусков сварил в единое целое эту важную деталь, определившую пуск первой турбины.

19 июня 1944 года в 16 часов 20 минут был произведен первый пробный пуск агрегата, и его работа была предъявлена комиссии. В тот же день вечером на заседании бюро обкома партии, рассматривавшем ход восстановительных работ в городе, директор завода доложил, что первый энергетический агрегат восстановлен и завод готов дать ток в городскую сеть. По его команде в 18 часов 30 минут был запущен в промышленную эксплуатацию первенец послевоенной заводской энергетики. Электрический ток получили хлебопекарня, городская больница, коммунальные службы города. Заводу досталось пока только 20 % энергии. На другой день в городе были пущены один трамвай и одна насосная скважина, обеспечившая горожан водой. Дежурили в тот памятный день на заводской электростанции сменный инженер П. В. Карпов, щитовой машинного зала И. И. Петухов, машинисты Н. А. Збарацкий, П. В. Серафимов.

Зачинатели социалистического соревнования, энергетики завода вместе со строителями первыми полностью восстановили свой цех, они же первыми дали в сеть электрический ток и первыми взялись за наведение порядка на производстве. Людей, показавших себя в дни восстановительных работ с лучшей стороны, много. Это стахановцы Петр Викторов, Демьян Михайлов, Павел Скудак, Александр Грабарь, Семен Валуев и многие другие. Весомый вклад в восстановление первого на заводе и в городе турбогенератора внес механик энергетического цеха Иван Михайлович Наумов.

Несмотря на острую нехватку кадров, завод возрождался. К концу 1944 года были восстановлены монтажный цех, кислородная станция, первая очередь энергетического цеха, годом позже в строй действующих вошли плаз, кузница, энергетический, достроечный, инструментальный, ремонтный и другие цехи.

Наиболее сложно было восстановить эллинг. Нового металла не хватало, и пришлось использовать металл деформированных конструкций. Сейчас это показалось бы наивным, но тогда другого выхода не было. Никто не спорил, никто не возмущался. Со всего города на завод свезли огромные стальные рихтовальные плиты и в районе старого плаза, расположенного выше нынешней конторы стапельного цеха, организовали большую стальную рихтовальную площадку. На ней установили несколько десятков горнов, в которых раньше нагревали заклепки. Искореженный металл резали на куски, на плечах несли к рихтовочной площадке, грели на угольных горнах, рихтовали вручную и несли обратно, к месту, где монтировались конструкции эллинга. Здесь же выправленные угольники и швеллеры сваривали в длинные плети, из которых собирали конструкции шатра.

Когда в 1946 году восстановление эллинга подходило к концу, стало ясно, что в таком виде он будет малопригоден для строительства современных кораблей. Эллинг был оснащен многочисленными пятитонными кранами, и на нем можно было строить даже самые крупные корабли, но только клепаной конструкции. Такие суда и сооружали до войны. Но уже в первые послевоенные годы на смену клепке в судостроение пришла электросварка. В результате в корне изменилась технология постройки судов. Теперь цикл строительства любого судна зависел от того, насколько крупными будут секции, из которых на стапеле сваривали корпус корабля; но чем крупнее секция, тем, естественно, больше она весит. Пятитонные краны совершенно не подходили для сборки сварных корпусов современных судов. Нужны были новые краны, по крайней мере тридцатитонные, чтобы двумя кранами можно было поднять секцию весом 60 т.

Еще не закончилось восстановление эллинга, а уже требовалась его реконструкция. Для того чтобы установить на нем 30-тонные краны, нужно было весь эллинг поднять на 9,5 м. Только в этом случае можно было кранами перемещать 60-тонные секции. Даже при современном развитии строительного дела подъем тысячетонной конструкции громадных размеров на такую высоту представляется делом весьма сложным.

В связи с тем, что на стапелях уже начались работы по строительству судов, технические службы завода во главе с главным инженером Е. М. Горбенко выступили против реконструкции эллинга. Их поддержал и директор. Свои возражения они обосновали тем, что работы по реконструкции и подъему эллинга затянутся на продолжительное время и на стапелях, а значит и на заводе, будет свернуто и чрезвычайно затруднено строительство судов, объем реконструкции потребует огромных средств и т. п. Взамен предлагали установить тяжеловесные краны, не поднимая шатер эллинга. Но этот вариант был технически не обоснован, и руководство проектной организации его отвергло.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72