Верфь на Ингуле

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72

Но в городской партийной организации, которая включала и большевиков, и меньшевиков, единства не было. В начале августа 1917 года состоялось собрание большевиков судостроительных заводов Николаева, на котором от «Руссуда» были М. Щеглов, Ф. Бурый, В. Бабанин и другие представители. Они настаивали на полном разрыве с меньшевиками. А 15 августа 1917 года прошла общегородская партийная конференция, на которой меньшевики были изгнаны из городской парторганизации.

На ней был избран Николаевский большевистский партийный комитет во главе с И. С. Скляром.

Выполняя решения VI съезда РСДРП «О подготовке вооруженного восстания», большевики «Руссуда» приступили к созданию Красной гвардии. Находившаяся под их влиянием заводская организация Союза социалистической молодежи привлекла в Красную гвардию молодых рабочих. Командовали рабочими сотнями на «Руссуде» вначале М. Шмелев и П. Чабанов, а затем Е. Старченко и Н. Дорофеев.

Рабочие внимательно следили за тем, как их посланцы исполняют депутатские обязанности в городском Совете. Они не терпели их пассивности, нерешительности, призывали к активным действиям в защиту интересов рабочего класса. Большевики и наиболее революционная часть рабочего класса понимали, что избранные ими Советы — это еще не те Советы, которые так нужны, они часто проводили соглашательскую политику с буржуазией, полностью поддерживали Временное правительство, замалчивали такой больной для народа вопрос, как вопрос о войне и мире. Потому-то с такой настойчивостью рабочий класс под руководством большевиков выдвигал лозунги о Советах, о мире, о войне, о контрреволюционной Государственной Думе, многократно повторяя их в резолюциях, принимаемых на митингах и собраниях.

Видя нерешительность и колебания городского Совета и пассивность некоторых своих депутатов, рабочие «Руссуда» начали отзывать тех представителей, которые не оправдали их надежд. 7 октября на общезаводском собрании, где была принята очередная резолюция о передаче всей полноты власти в руки Советов, рабочие «Руссуда» постановили:

« — Все выбранные от нашего завода в Совет рабочих и солдатских депутатов обязаны отражать волю их посланцев, а поэтому должны голосовать на заседаниях за передачу власти только Советам.

— На созываемый Всероссийский съезд Советов от николаевского Совета послать людей, твердых в своих убеждениях, занимавших во время революции позицию перехода власти в руки Советов.

— Всякий рабочий депутат, не согласный с нашими взглядами, должен сложить свои полномочия, и вместо него мы пошлем другого товарища, который будет идти вместе с нами. Неподчиняющиеся нашей воле будут считаться нами изменниками рабочего класса».

Это была последняя резолюция с политическими требованиями, принятая рабочими «Руссуда» накануне октябрьских событий 1917 года.

25 октября 1917 года радиостанция крейсера «Аврора» передала в эфир срочное сообщение о свершившейся Великой Октябрьской социалистической революции. Оно было принято радиостанцией Николаева и мгновенно распространилось по городу. Уже 26 октября на заводах прошли митинги, на которых трудящиеся города, приветствуя победу революции в Петрограде, выражали ей полную поддержку. На общем собрании клепальщиков, рубщиков и чеканщиков завода «Рус- суд» (собралось более 700 человек) принимается решение о том, что рабочие завода «…всеми силами будут поддерживать Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов: всю власть Советов и его постановления будут исполнять всякую минуту».

Однако до перехода всей власти в руки Совета рабочих и солдатских депутатов николаевскому пролетариату предстояло пройти еще немалый путь. В Совете было засилие эсеров и меньшевиков, для которых революционные лозунги, провозглашенные на II съезде Советов в Петрограде, были чуждыми.

Об антипартийной деятельности николаевского Совета рабочих и солдатских депутатов можно судить хотя бы по тому, что в местной печати 26 октября было помещено его заявление: «…Всякие митинги, собрания на улицах воспрещаются. Советом приняты все меры для охраны спокойствия и порядка в городе. И всякие попытки нарушить порядок будут беспощадно караться». Таких заявлений Совет не давал даже во времена Временного правительства.

Обстановка в городе снова начала накаляться. Наступали тревожные дни: в город вошли гайдамаки — защитники Центральной рады, предавшей интересы украинского народа. Главной опорой большевиков в этот период стали ранее сформированные отряды Красной гвардии, пополнявшиеся рабочими «Руссуда» и других заводов. В городе был создан военно-революционный комитет, который возглавил потомственный адмиралтейский мастеровой М. Шмелев. В начале декабря Красная гвардия под руководством комитета разгромила вступивших в город гайдамаков. На окраинах Николаева и в его центре силами Красной гвардии были организованы патрулирование, а также охрана наиболее важных объектов, в том числе и завода «Руссуд».

В эти дни по настоянию большевиков и рабочих судостроительных заводов на 2—3 января 1918 года назначаются перевыборы неугодного им Совета. Перевыборы прошли с большим успехом. На сей раз большевики получили в нем ощутимое большинство — 37 депутатских мест, от «Руссуда» в него вошли М. Щеглов и М. Шмелев. 14 января (по старому стилю), после бурных споров (129 — за, 69 — против, 18 — воздержавшихся) Совет рабочих и солдатских депутатов принял постановление о взятии власти в свои руки. В обращении к населению города говорилось, что в Николаеве установилась Советская власть и что Совет считается верховным полномочным органом революционного пролетарского труда. Советская власть в городе была установлена окончательно.

16 января 1918 года Общезаводской комитет завода «Руссуд» выразил свое приветствие и поддержку установившейся в Николаеве Советской власти следующими словами: «Мы, члены Общезаводского комитета, представители всей трудовой массы завода «Руссуд», преисполнены горячей радостью и энтузиазмом, вызванными великим кличем об объявлении: «Вся власть — Совету рабочих, военных и крестьянских депутатов в г. Николаеве…» Всякая попытка с чьей бы то ни было стороны, направленная к разрушению либо нарушению нормальной жизни Совета, встретит в нашем лице должный отпор. Примите же от нас, товарищи, наше скромное, но истинное благословение и пожелание успеха с вступлением во власть… Да здравствует власть трудового народа! Да здравствует Интернационал!».

Для завода «Руссуд» наступили непростые времена, усложнилось его экономическое и финансовое положение. Буржуазная администрация победу Великого Октября и установление Советской власти приняла враждебно. И, не уверенная в своем положении в будущем, решила закрыть завод. В связи с этим рабочие «Руссуда» постановили на свои средства послать в Петроград представителя, большевика В. Игнатьева, которому поручалось потребовать от правления Русского судостроительного общества прекратить угрозы о закрытии завода. Однако руководители общества, выслушав посланца руссудовцев, в категорической форме заявили ему, что завод будет в ближайшее время закрыт. В. Игнатьев добился приема у Народного комиссара по морским делам и доложил ему о сложности обстановки на «Руссуде». По итогам доклада правление Русского судостроительного общества было арестовано, а В. Игнатьеву было предложено временно приступить к управлению «Руссудом» в качестве комиссара Николаевских судостроительных заводов. При этом правительством была оказана финансовая помощь судостроительным заводам Николаева в размере 75 млн. руб. «Известия Николаевского Совета рабочих и солдатских депутатов» от 25 ноября 1917 года напечатали телеграмму из Питера, в которой говорилось: «Товарищи, будьте спокойны. Для Николаевских заводов отпущено морским Народным комиссаром Дыбенко — 75 млн. руб. Организуйте контроль над производством. Договоры заказов разбираем. Подпись».

Рабочие завода одобрили действия Игнатьева, доверили ему контроль над управлением заводом. Была создана еще и контрольная рабочая группа, в которую вошли В. Игнатьев, М. Росьминский, Ф. Бурыкин, М. Поляков, П. Шаповаленко.

Тяжелые годы империалистической войны наложили свой отпечаток на экономику страны. Повсеместно повышались цены на продукты питания, а в ряде городов, в том числе в Петрограде и в Москве, их вообще не хватало — там свирепствовал голод. В это время николаевский пролетариат, которому тоже нелегко жилось, ставит вопрос об оказании помощи продовольствием петроградским братьям по классу. На общем собрании рабочих и служащих «Руссуда», состоявшемся 4 января 1918 года, обсуждался вопрос об отправке хлеба голодавшему Петрограду: «…Требуем от городского самоуправления немедленно послать борцам хлеб… Если не удовлетворят наши требования городское самоуправление и все демократические органы г. Николаева, то мы, рабочие, возьмем эту миссию на себя и тряхнем наших господ-помещиков вокруг г. Николаева и пошлем нашим товарищам хлеб». В результате настойчивых требований руссудовцев и рабочих других заводов в марте 1918 года в столицу было отправлено два эшелона с хлебом.

Почти все заводы Николаева страдали из-за больших перебоев в снабжении топливом, электроэнергией, металлом и другими материалами. Начала развиваться безработица. Не прошла она и мимо «Руссуда». Новых заказов пока не поступало, для завершения же первоочередных работ хватило бы и 1100 квалифицированных мастеровых, а на заводе их было свыше 2500. Так что рабочие остались не у дел, пошатнулась дисциплина, катастрофически упали заработки. В те времена наиболее важные вопросы, касающиеся жизни и деятельности завода и его рабочего класса, решались коллегиальным путем на митингах и собраниях. На очередном общезаводском митинге, состоявшемся 12 мая 1918 года, постановили: «…Рассчитать всех тех рабочих, которые ничего общего не имели с заводом до войны, а также и тех, которые имеют землю, дома и лавки, на что они могут жить, и занять их места безработными рабочими и солдатами».

А еще раньше на пленарном заседании Общезаводского и цеховых комитетов принимается решение о том, чтобы завод «Руссуд» в ближайшие дни был отдан в морское ведомство в связи с тем, что представители заводоуправления стали чинить препятствия в работе рабочего контроля, не выполняли постановлений Общезаводского комитета. Объединенная конференция фабрично-заводских и цеховых комитетов заводов «Наваль» и «Руссуд» обратились в Совет Народных Комиссаров и в Совет Народного Хозяйства с просьбой принять самые решительные меры к тому, чтобы «Руссуд» и «Наваль» как можно скорее перешли в руки Советской власти. Как сообщила 19 февраля 1918 года газета «Голос труда», заводы «Наваль» и «Руссуд» по постановлению Совета Народных Комиссаров республики были национализированы.

Однако провести это решение в жизнь пока не удалось: на Украину двинулись по сговору с Центральной радой войска кайзеровской Германии. 17 марта 1918 года, сломив сопротивление защищавших город частей молодой Красной Армии, австро-немецкие войска захватили Николаев.

Первые дни своего пребывания в городе оккупанты начали с грабежей населения, разгрома Советов рабочих депутатов, насаждения порядка, существовавшего в городе до Октябрьской революции. 19—20 марта судостроительные заводы «Руссуд» и «Наваль», другие предприятия города были закрыты и объявлены собственностью оккупационных властей, взяты ими под охрану. На улицу были выброшены тысячи рабочих-судостроителей, пополнивших армию безработных города, насчитывавшую к этому времени около 30 тысяч человек.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72