Верфь на Ингуле

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72

Сохранился интересный документ того времени — инструкция, предусматривающая действия командующего спуском и спусковой команды на тот случай, если линкор после рубки задержников не тронется с места: «Так как наиболее вероятно, что корабль сам не пойдет, то в таком случае инженер Зворыкин с правого, а инженер Горонескул с левого бортов дают немедленно распоряжение людям, назначенным отвести задержники свободными концами к носу, поставить их в наиболее безопасное положение. Когда задержники будут убраны, инженер Зворыкин подходит к носовым домкратам и приводит их в действие. Одновременно инженер Каромальди командует мастеру Ильину: «Ставить по романам!» После этой команды все мастеровые, назначенные на романы, сходятся к носовым концам полозьев и дружно в такт под команду мастера Ильина с левого борта, инженера Горонескула с правого наибольшею силой ударяют по полозу и по клиньям в течение 15 минут, затем, после перерыва на 5 минут, повторяют удары еще 15 минут, и корабль должен начать плавно сходить со стапеля. Если же и после этого корабль останется неподвижным, то инженер Каромальди командует завести снова носовые и кормовые стрелы на свои места и делает дальнейшие распоряжения для того, чтобы корабль самовольно не ушел со стапеля». Но это была лишь мера предосторожности, к счастью, не понадобившаяся.

После спуска дредноута на воду на стапеле сразу же начались подготовительные работы для закладки крейсеров. Рабочие кораблестроительного отделения спешно устанавливали кильблоки для закладываемых кораблей. Руководил работами по приготовлению к закладке на первом стапеле инженер А. К. Зворыкин, в распоряжении которого находились мастера М. И. Ильин, А. П. Яковлев, Ф. М. Костыгов, Н. И. Моисеенко, Г. Л. Воскресенский со своими бригадами рабочих. На втором стапеле подготовкой к закладке и закладкой крейсера «Адмирал Лазарев» командовал инженер Горонескул совместно с мастерами Г. Н. Гагенмейстером, Ф. И. Семой, П. Г. Знаменским с их бригадами. На подготовленные стапель-блоки кранами уложили приготовленные заранее килевые части новых кораблей. Тут же высшие военные чины и руководители завода прикрепили к ним закладные серебряные дощечки с тактико-техническими данными крейсеров и фамилиями высоких особ, в бытность которых они строились.

После спуска линейного корабля «Императрица Мария» на воду работы на нем не ослабевали, наоборот, благодаря включению в дело многочисленных организаций даже усилились. Это позволило уже 20 марта 1915 года приступить к швартовным испытаниям. 29 июня было проведено кренование, показавшее положительные результаты, в августе линкор вышел в Черное море на ходовые испытания и вскоре вступил в строй действующих кораблей флота.

С появлением на Черном море нового линейного корабля соотношение сил на Черноморском театре военных действий изменилось в пользу русского флота. В январе 1916 года состоялась встреча русского линкора с господствовавшим на Черном море немецким тяжелым крейсером «Гебен», который преследовал русский эсминец, пытаясь его уничтожить. Заметив приближавшуюся «Императрицу Марию», крейсер быстро повернул в обратную сторону и ушел под защиту своих береговых батарей. Летом этого же года линкор повстречался с немецким линейным кораблем «Бреслау», который едва ушел из-под огня его мощной артиллерии. С появлением «Императрицы Марии» господство немецких кораблей на Черном море завершилось.

Такова была «Императрица Мария» — один из сильнейших боевых кораблей мира. Однако, как показало ближайшее будущее, ему была уготована короткая жизнь. Трагедия совершилась не в бою, не в результате торпедной атаки, не в походе и не во время жестокого шторма, а в тихой Севастопольской бухте, на глазах черноморских моряков и жителей города. Утром 7 октября 1916 года в 6 часов 20 минут из люков носовых артиллерийских погребов повалил дым, затем показалось и пламя. Через несколько минут после начала пожара произошел взрыв огромной силы, во время которого столб пламени взметнулся на высоту более 200 м. Носовая башня весом в несколько сот тонн сместилась со своего места, на воздух взлетели боевая рубка, фок-мачта и носовая дымовая труба. Главная палуба разрушилась от форштевня до второй установки главного калибра, погасло освещение, остановились пожарные насосы. В тушение пожара включились портовые буксиры. К 7 часам утра пожар начал угасать, но очередной, двенадцатый по счету взрыв, разрушил наружную обшивку, и вода бурным потоком устремилась в носовые отсеки. Судьба линкора была решена. Он начал садиться носом, да так, что через 15 минут верхняя палуба ушла под воду, и «Императрица Мария», перевернувшись вверх килем, затонула на 20-метровой глубине, унеся с собою 152 человеческие жизни.

Для расследования причин катастрофы Морское министерство назначило комиссию во главе с академиком А. Н. Крыловым. Корабль утонул, и никаких следов, а тем более вещественных доказательств происшедшего не осталось. Истинных причин взрыва установлено не было. И уже в наши годы причины гибели «Императрицы Марии» с достаточной подробностью освещены в очерке А. Е. Елкина «Тайна Императрицы Марии», но и они носят сомнительный характер.

В мае 1918 года с помощью продувания заполненных отсеков воздухом корабль подняли и поставили для осмотра в Северный док Севастопольского морского завода. Осмотр показал, что разрушения линкора значительны и о его восстановлении не может быть и речи. С него сняли неплохо сохранившиеся котлы, машины, артиллерию, винты, валы, а корпус в 1925 году порезали на металлолом.

Трагически сложилась и судьба линейного корабля «Император Александр III», спущенного на воду 24 мая 1914 года. В связи с началом империалистической войны затянулась поставка главных машин и другого оборудования, заказанного за границей. Однако, несмотря на трудности военного времени, весной 1917 года корабль вступил в состав Черноморского флота. После февральской революции ему присвоили название «Воля». 19 сентября 1918 года при оккупации Севастополя германскими войсками он был захвачен и разоружен. Позже он попал к белогвардейцам, а в декабре того же года — к англофранцузским интервентам, которые увели его в Мраморное море и передали Врангелю. В канун 1920 года белогвардейцы увели «Волю» в Бизерту, поставили на якорную стоянку, где она долгие годы ржавела, пока в 1936 году ее не порезали на металлолом.

Так печально закончилась история двух прекрасных броненосцев, спроектированных и построенных на заводе «Руссуд» в первые годы его существования.

Для обслуживания и ремонта новых мощных линейных кораблей, построенных на «Руссуде» и других заводах, потребовался большой плавучий док. Морское министерство, видя в этом крайнюю необходимость, 1 апреля 1913 года заключило с заводом «Руссуд» контракт на постройку понтонно-секционного дока длиной 170,1, шириной 50,9 м и грузоподъемностью в соленой воде 30 тыс. т. Его стоимость контрактом определялась в размере 4,5 млн. руб.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72