Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85

Однако М. И. Артамонов совершенно справедливо отметил, что никаких оснований для предположения Д. Берчу о том, что меч прикреплялся к статуе, не имеется, поскольку для этого времени характерны либо прочерченные, либо вырезанные в виде рельефа изображения оружия на каменных изваяниях скифских воинов. Так что, скорее всего, этот меч сам по себе представлял предмет почитания, о котором рассказывает Геродот. С. С. Бессонова отмечает особую роль культа меча как культа племенного божества-охранителя, в котором ярко отразилась идеология племенного строя на стадии перехода к классовому обществу, когда культ Ареса воплощает идеалы воинского сословия, а «война и организация для войны становятся теперь регулярными функциями народной жизни», по словам Ф. Энгельса.

Как известно, существуют три скифские этногонические легенды, которые приводит Геродот. В одной из них фигурирует первый человек, появившийся в Скифии, бывшей до тех пор пустынной, родоначальник всех скифов и их первый царь Таргитай, сын Зевса (Папая?) и дочери реки Борисфена (IV, 5, 1). Согласно второй легенде, о которой Геродот сообщает, что ее рассказывают греки, живущие около Понта, в пустынную страну, где ныне живут скифы, пришел Геракл, угонявший быков, похищенных у Гериона (IV, 8, 1—2). Эту легенду С. А. Жебелев считает сочиненной уже самими греками в параллель скифской легенде о появлении первого человека — Таргитая. Сам Геродот не делает вывода о том, что Геракл является Таргитаем: скифского имени, соответствующего греческому Гераклу, в списке скифских божеств у Геродота нет. Тем не менее это не мешает многим исследователям полностью отождествлять Таргитая с Гераклом. М. И. Артамонов указывает на то, что «скифская земля была полна памятниками его мифических подвигов. Геродот сам видел на скале отпечаток ступни этого исполина (IV, 82)».

Вопрос о том, что мог видеть и чего не видел сам Геродот в Скифии, рассматривается в специальной главе настоящей работы, посвященной проблеме автопсии Геродота в Северном Причерноморье. М. И. Артамонов в своих выводах отталкивается от известной статьи Б. Н. Гракова, в которой тот подвергает тщательному анализу передаваемые Геродотом легенды о происхождении скифов. Сопоставление Таргитая с Гераклом (которого у Геродота нет, хотя, по словам С. А. Жебелева, Геродот всегда пользовался любым случаем уловить хоть какую-то возможность сопоставления незнакомых ему скифских божеств с богами греческого пантеона) Б. Н. Граков формулирует следующим образом: «Едва ли творцам греческой переработки мифа о происхождении скифов нужно было большое усилиег чтобы превратить Таргитая в Геракла. И тот и другой — дети Зевса, и тот и другой — родоначальники: Геракл — пелопонесских дорян, Таргитай — скифов.

Реальные атрибуты скифа (броня, пояс и лук) и соответственные дары Геракла сыновьям и его обычные атрибуты лишь дополнили это сопоставление». Эта параллель, по мнению В. Н. Гракова, равно как и судьба легенды о происхождении скифов, отразилась в ряде археологических памятников — тонких штампованных золотых бляшках, найденных в различных скифских курганах (Чертомлыцком, Чмыревом, Мелитопольском и др.), с изображениями борьбы Геракла с иемейским львом. Изобилие этих изображений Б. Н. Граков объясняет тем, что они символизировали и подтверждали происхождение скифских царей непосредственно от Таргитая-Геракла, бывшего, как известно, сыном главного божества скифского пантеона и являвшегося родоначальником всех скифов и одновременно династии царей, наследование в которой установлено прочно по отцовской линии.

Правда, сам Б. Н. Граков признает, что на бляшках изображена борьба героя с немейским львом, а по скифской легенде Таргитай — просто первый человек, произошедший от союза верховного бога и дочери Борисфена. Но поскольку Таргитай является первым царем скифов, то, несомненно, это фигура героизированная, побеждавшая, как это свойственно героям, врагов и всевозможных чудовищ. Для доказательства этого своего положения Б. Н. Граков привлекает золотые штампованные бляшки из Чертомлыцкого кургана, где изображен обнаженный (по греческому обычаю) герой в скифском башлыке, борющийся уже с грифоном. К этим археологическим данным Б. Н. Граков добавляет еще объемные изображения на навершиях из кургана Слоновская Близница.

Изданные впервые в «Древностях Геродотовой Скифии», они были зарисованы неверно, так как в обоих случаях существа, увенчивающие бронзовые навершия, изображены в виде крылатых львиноголовых грифонов, пожирающих какое-то животное (навершия отлиты в весьма примитивной манере). На самом же деле, с точки зрения Б. Н. Гракова, выступ на спине, принятый художником, зарисовавшим эти изображения, за условно переданное крыло, представляет собой верхнюю часть человеческой фигуры, которая поражает чудовище мечом или кинжалом, изображенным также весьма условно. На найденном в Херсонесе золотом медальоне с изображением воина-скифа, борющегося с чудовищем (от которого сохранились на обломке лишь лапы), Б. Н. Граков видит Таргитая.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85