Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85

В отношении происхождения тавров исследователи далеко не так единодушны, как в вопросе их локализации. Так, многие исследователи видели в таврах удержавшуюся в горном Крыму часть киммерийцов, вытесненных из степей Северного Причерноморья скифами, согласно Геродоту (IV, И, 12). Этого взгляда придерживался С. А. Жебелев и разделявшие его точку зрения ученые. По мнению П. Н. Шульца, специально занимавшегося археологическими памятниками тавров, ни письменные источники, ни археологические и антропологические материалы не дают прямого подтверждения этнической связи тавров и киммерийцев. С этой точкой зрения согласились А. М. Лесков и М. И. Артамонов, а также X. И. Крис, не видевшая оснований связывать археологические культуры племен горного Крыма с киммерийцами. Однако И. М. Дьяконов не исключал возможности того, что в горных областях Крыма могли в течение какого-то периода совместно обитать племена тавров и остатки киммерийцев, которых греки в период колонизации ими крымских областей уже не застали. Многие ученые видели в таврах аборигенов Таврического полуострова. Более осторожное предположение высказал П. Н. Шульц, считавший, что таврение племена, скорее всего, сформировались в результате смешения разных этнических групп — как пришлых, так и местных.

Всю территорию между Таврикой и восточным берегом р. Истр Геродот называет άρχαίη Σκυθίη (IV, 99, 2). Толкование прилагательного άρχαίη различными исследователями было неоднозначно, равно как и локализация άρχαίη Σκυθίη.

С. А. Жебелев полагал, что άρχαίη — древняя, т. е. «исконная», Скифия была так названа потому, что прибрежная часть от Истра до Каркипитского залива была известна Геродоту и ионийским логографам много лучше, чем Окифия степная. Б. Н. Граков и А. И. Мелюкова высказали предположение, что термином άρχαίη Σκυθίη определялась территория племен, зависимых от скифов царских. По мнению части исследователей, άρχαίη Σκυθίη следует искать в северо-западной части Причерноморья. Некоторые ученые, следуя в принципе за С. А. Жебелевым, расходились лишь в протяженности территории древней Скифии. Так, В. Ф. Гайдукевич придерживался указаний, данных Геродотом, — от Истра до Каркинитиды, а Б. Н. Граков считал, что под άρχαίη Σκυθίη можно понимать всю территорию от Истра до Меотиды. Совершенно иначе решал вопрос об άρχαίη Σκυθίη Д. А. Ельницкий, усматривавший в этом названии Геродота значительный анахронизм, который мог быть оправдан лишь в том случае, если территория  άρχαίη  Σκυθίη  (Л. А. Ельницкий считал, что она локализуется в областях Подолии и Венгрии) была занята кочевыми племенами еще в киммерийскую эпоху.

Непосредственным соседом скифов на западе являлось племя агафирсов (IV, 100, 2). Геродот отводил им область, через которую течет р. Марий (IV, 48, 4). Именно это указание Геродота дало возможность исследователям поместить без особых разногласий места обитания агафиров в Трансильвании (область Семиградья). IIравомерность подобной локализации подтверждением в том, что этот район и в древности был известен богатейшими рудниками золотоносных Семиградских гор и в результате археологических исследований и его памятниках обнаружено большое количество изделий из золота. Агафирсы же, согласно Геродоту (IV, 104), носили многочисленные золотые украшения.

Большая часть современных археологом отводит агафирсам территорию Трансильвании и часть Валахии, т. е. область между Дунаем и Днестром. Однако в своей последней работе «Киммерийцы и скифы» М. И. Артамонов счел возможным распространить область обитания агафирсов на северо-восточную часть Румынии, Молдавию и лесостепную область Прикарпатья. Из советских археологов наиболее четкие границы территории, занятой памятниками, связываемыми с агафирсами, предложила А. И. Мелюкова. По ее данным, западная и юго-западная границы проходят по припрутской части Румынии, северная и северо-восточная — в районе г. Могилева Подольского и южной Подолии. Восточная же граница не может быть точно определена из-за недостаточной археологической изученности левобережного Поднестровья. Согласно мнению археологов, памятники, относимые к агафирсам на территории Молдавии, представлены городищами, селищами и могильниками, датируемыми VII—III вв. до п. э. В поселениях были открыты остатки наземных жилищ с глинобитными стенами, очагами и хозяйственными ямами. Для этой культуры характерно сочетание грубой лепной керамики с тонкой лощеной и орнаментированной посудой, также местного изготовления.

При раскопках были найдены костяные и глиняные штампы для нанесения геометрического орнамента и изготовленные из кости лощила. Обнаружены также статуэтки людей и животных. Об оседлости населения и земледельческо-скотоводческом характере хозяйства свидетельствуют находки серпов с кремневыми вкладышами, зернотерок, сосудов с отпечатками зерен хлебных злаков, костей домашних животных. Могильники представлены каменными или земляными насыпями над неглубокими грунтовыми погребениями. Погребальный инвентарь, однако, небогат, весьма однообразен по содержанию. Он представлен набором сосудов, украшений, костяных и роговых псалий, наконечников стрел (наибольшая часть из них — скифского типа). Исследователи отмечают, что для лесостепной Молдавии раннескифского времени характерно отсутствие предметов скифского вооружения. Большая часть исследователей считает агафирсов фракийским племенем, следуя за Геродотом, указавшим на то, что нравы агафирсов схожи с фракийскими (IV, 104). Это как будто получило подтверждение в данных антропологов, исследовавших черепа скифского времени, происходящие из могильников Поднестровья. Ими было установлено смешанное скифо-фракийское происхождение населения этого района.

Рассматривая историю изучения расселения племен па территории Скифии в хронологической последовательности, нельзя не остановиться на книге Б. А. Рыбакова «Геродотова Скифия», не раз упоминавшейся на страницах настоящей работы, поскольку суждения ее автора, касающиеся локализации того или иного племени, уже привлекались при изложении тех гипотез, которые в настоящее время имеют место в советской скифологии.

Б. А. Рыбаков поставил перед собой совершенно определенную задачу — сопоставить свидетельства Геродота с археологической картой Скифии и произвести анализ Скифского логоса по исторической и этногеографической линии. Подобные попытки предпринимались в отечественной науке и ранее с большим или меньшим успехом. Наиболее цельной по постановке проблемы была рассмотренная выше работа М. И. Артамонова, посвященная специально этногеографии Скифии, которую Б. А. Рыбаков подверг критике, указав, что М. И. Артамонов, как и прочие скифологи, прекрасно владея археологическим материалом, не предпринял полного «нового пересмотра геродотовского текста, выявления противоречий в этом тексте и объяснения этих противоречий». Упрекая скифологов, составлявших карты расселения племен, в отсутствии единого принципа, в результате чего выявляются серьезные расхождения в локализации •одних и тех же племен, Б. А. Рыбаков совершенно справедливо полагает, что назрела необходимость создавать заново карту геродотовой Скифии.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85