Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85

Весь собранный с максимальной полнотой археологический материал, относящийся к савроматам, был проанализирован К. Ф. Смирновым как исторический источник на фоне свидетельств античных автором и главным образом Геродота. К. Ф. Смирнов, уделим большое внимание вопросам источниковедения и историографии, связанным с савроматами, кроме классификации и анализа археологических памятников, дал широкое исследование истории и культуры ранних сарматов (савроматов), исключив лишь подробную характеристику их вооружения и ограничившись кратким описанием хозяйственного образа жизни, характеризуя его как кочевой и полукочевой.

В заключительной части труда К. Ф. Смирнова рассматривается чрезвычайно важный вопрос о складывании новых союзов племен савроматского мира, обусловивших их продвижение на юго-запад из областей Приуралья и Поволжья в IV—III вв. до н. э. Савроматы Геродота — западная часть савроматских племен — были тесно связаны со скифами и постепенно продвигались в степи к западу от р. Танаиса, одновременно подготавливая процесс заселения предкавказских равнин сарматами, ставшими известными уже в III в. до н. э. Теофрасту, впервые употребившему термин «Сарматия». В связи с этим термином нельзя не вспомнить, что именно савроматам — сарматам отводилась многими исследователями значительная, а иногда и решающая роль в изысканиях о происхождении славян. Еще М. В. Ломоносов высказал уверенность в том, что именно от сарматов произошли славяне. Само слово «Русь» он по созвучию выводил из названия одного из сарматских племен — роксоланов. И. Е. Забелин вслед за М. В. Ломоносовым также видел в сарматах автохтонов и их самих считал славянами, давшими название стране, в которой они обитали. Того же мнения придерживался и Д. И. Иловайский, связывавший славян с сарматским племенем роксоланов — россоланов. Эту же точку зрения в современной пауке высказывал С. П. Толстов с оговоркой, что роксоланы — не славяне, но одни из предков славян, один из компонентов их предшественников.

На юге соседями скифов Геродот называет тавров (IV, 103, 1). Он размещал их в гористой, выступающей в Понт стране (Геродоту было неизвестно полуостровное положение Крыма). Нельзя не отметить, что и локализации тавров благодаря четкому указанию Геродота среди исследователей почти нет разногласий. Им отводятся горные и предгорные районы юго-восточного Крыма и область Херсонеса Таврического, а также и часть степи (от Евпатории до Феодосии). Правда, Б. II. Граков, опираясь на материалы, полученные при раскопках древнего Нимфея, проведенных В. М. Скудновой, был склонен продвигать границу таврских селищ восточнее Феодосии (до Нимфея включительно, где был открыт ранний кизил-кобинский слой таврского времени), будучи сторонником гипотезы, что носителями кизил-кобинской культуры являются тавры. Археологические исследования ранних слоев Херсонеса и Керкинитиды показали, что эти города возникли на месте таврских поселений. При раскопках Херсонеса еще в начале века К. К. Костюшко-Валюжиничем были обнаружены два интереснейших памятника, которые исследователи считают изображением внешнего облика тавра.

Первый — обломок известняковой плиты с примитивно прочерченном на ней фигуркой воина с копьем и круглым щитом в руке, второй— фрагмент ручки лощеного сосуда, украшенного рельефным изображением человеческой! лица. Однако среди советских археологов существует мнение, что кизил-кобинская культура с таврами не связана. Хотя Геродот и другие античные авторы считали тавров диким горным племенем скотоводов и пиратов, археологические памятники свидетельствуют об оседлом в основном характере жизни таврских племен. Об этом говорят как значительный культурный слой на месте таврских поселений, так и характер жилищ с очагами и очажными ямами, хозяйственные ямы, находки мотыг для обработки земли, серпов, зернотерок, костей и домашних животных. Охотничий и рыболовный промыслы имели подсобное значение в хозяйственной жизни тавров. Впрочем, другие исследователи усматривали в охоте и морском промысле основные занятия тавров.

Для таврских поселений было зафиксировано наличие домашних ремесел — гончарного дела, обработки металла, дерева, камня, кости, следы ткачества. Для погребального обряда тавров характерны захоронения в каменных ящиках под неглубокой земляной насыпью, причем захоронения бывают повторные и коллективные (до 30—45 костяков в одном ящике) в одном могильном сооружении. Они сопровождаются весьма скудным погребальным инвентарем — небольшие лощеные кубки, бронзовые украшения, части конского убора и небольшое количество оружия скифского образца. Однако начиная с конца V в. до н. э. в сопроводительном инвентаре отмечается более широкое использование предметов вооружения (акинаки, ножи и железные удила) и конского снаряжения скифского типа, что свидетельствует о развитии связей с соседними скифскими племенами.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85