Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85

Возвращаясь к принципиально важным выводам, к которым пришел в своем труде о скифах и их общественном строе Лаппо-Данилевский, следует отметить, что его наблюдения, о которых говорилось выше, получили свое подтверждение в дальнейшем изучении проблем, связанных со становлением общественного строя, берущего свое начало в военно-демократическом периоде развития общества. Известно, что в ранний период истории восточного славянства «между рабами и свободными пропасть не лежала: рабы входили в состав родственных коллективов». Процесс формирования того или иного строя, возникающего на основе военно-демократического уклада, требует прежде всего тщательного рассмотрения генетических путей его возникновения, поскольку именно в этот ранний период его исходные формы могут быть очень близки.

Так, например, у славян феодализм, по мнению большинства исследователей, развился на основе разложения племенно-первобытнообщинных, а не рабовладельческих отношений. Конечно, Лаппо-Данилевский не был в состоянии преодолеть ошибки в освещении ряда вопросов, касающиеся идеологических представлений скифов, поскольку ему мешали объективные причины. Все недочеты, характерные для археологических исследований предшествовавшего времени, сыграли свою отрицательную роль. Это и недостаточно правильная, зачастую произвольная классификация сопровождающего инвентаря погребений, отсутствие квалифицированного анализа найденных предметов, недостаточная четкость датировок. Все названные недочеты не могли не отразиться на серьезности решения проблем, поставленных Лаппо-Данилевским в его труде. Ему можно инкриминировать и слишком вольное обращение с этнографическим материалом, который он столь широко привлекал в своих параллелях, смешивая порой культуры современных отсталых племен и народностей, находящихся на различных ступенях развития общества.

Однако именно бесспорность многочисленных достоинств этой работы, насыщенность фактическим материалом, четкость и логичность в изложении сложных проблем, умелое владение всеми данными разнообразных и сложных источников (главное — данными материальной культуры) и разработка сложнейших вопросов общественного строя и быта скифских племен в теснейшей связи с источниками письменными, где фундамент составлял Скифский рассказ Геродота, — все это сделало появление труда Лаппо-Данилевского серьезным и важным событием и прогрессивным для своего времени явлением в истории русской скифологии и классической археологии, в изучении истории древнейших племен Северного Причерноморья.

И с полным на то правом можно констатировать и теперь, что если «Скифские древности» Лаппо-Данилевского не могли не устареть, как и всякая книга, вышедшая в XIX в., то это устарение коснулось не столько содержащихся в ней материалов и идей, сколько языка и стиля самого изложения. Можно с полным правом сказать, что научные представления, лежащие в основе этой работы, и ее главные выводы в значительной мере соответствуют тем научным представлениям, какие и до настоящего времени имеют место в исследованиях советских ученых. По-видимому, именно это обстоятельство побудило С. А. Семенова-Зусера предпринять не слишком удачную попытку модернизировать концепцию Лаппо-Данилевского. Оценивая эту попытку, В. И. Равдоникас прямо заявил, что тот занялся «переводом» «Скифских древностей» Лаппо-Данилевского на язык марксистской терминологии, причем сделал этот перевод «не без грубых погрешностей».

Огромное внимание Скифскому рассказу Геродота уделил в своих многочисленных трудах профессор Киевского, а затем Казанского университета Ф. Г. Мищенко. Известный переводчик Геродота, Фукидида, Полибия, Демосфена, блестящий знаток древнегреческих реалий и литературы, он особенно много и плодотворно занимался Геродотом, в частности IV книгой его «Истории». Свое общее отношение к «отцу истории» Мищенко изложил в обширном введении к переводу геродотовского труда — «Геродот и его место в древнеэллинской образованности» и в статье «Не в меру строгий суд над Геродотом», предпосланной переводу IV книги, вызванной гиперкритическим подходом к свидетельствам Геродота в работах ряда исследователей.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85