Скифия и фракийский мир

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98

Заканчивая обзор археологических памятников VI—V вв. до н. э. на территории Румынии, следует отметить еще несколько погребений и случайных находок, имеющих аналогии среди древностей скифского круга и существенно дополняющих упомянутые выше данные о связях местного фракийского населения с носителями скифской культуры уже в VI—V вв. до и. з. Так, в районе г. Васлуй случайно были открыты два грунтовых погребения. Одно из них (у с. Мынжетешти) представляло собой вытянутое (на спине) трупоположение головой на север. Его сопровождали акинак и несколько наконечников стрел конца VI — начала V в. до н. э. Второе погребение — также вытянутое трупоположение, но головой на юг (в местности Капул Редиу) — сопровождал такой же набор вооружения.

Еще два подобных захоронения известны в окрестностях г. Хуши. Может быть, из разрушенного погребения или погребений происходят два скифских железных акинака и наконечник копья, найденные у г. Вотошаны. У с. Чимбала в районе Бакэу обнаружено трупоположение с довольно большим, набором бронзовых украшений. Покойник был погребен в вытянутом положении головой на северо-запад. В погребении найдены гривна (в публикации В. Капитану она названа диадемой), два мисочных кольца с округлыми шляпками, аналогичные хорошо известным на Украине, пропеллерообразные навершия булавок, бляшки и бусы. Среди случайных находок в восточной части Румынии значительное место принадлежит железным акинакам скифского типа VI —V в. до н. э. В настоящее время их известно более 20. Показательно, что большинство находок приходится на северные и отчасти центральные районы Прутско Сиретского междуречья. К тому же времени относятся и случайные находки бронзовой крестовидной бляхи «ольвийскего типа» у с. Армэшойа в р-не г. Васлуй, а также бронзового литого котла келермесского тнпа у с. Якобени.

А. Вульпе и В. Михайлеску-Бырлиба рассматривают все упомянутые выше погребения Румынии как наиболее близкие к погребениям со скифским оружием в бассейне Муроша в Трансильвании, считая нх принадлежавшими агафирсам. В. Михайлеску-Бырлиба относит к той же группе древностей на Муроше и все случайные находки акинаков из Прутско-Сиретского междуречья. Действительно, по обряду (отсутствие курганных насыпей над могилами, ориентировка), а также по некоторым особенностям в инвентаре упомянутые погребения близки к группе на Муроше и отличаются от скифских погребений Северного Причерноморья. Замечу, однако, что в трансильванских погребениях, как правило, находится еще и керамика, которой нет в упомянутых погребениях Восточной Румынии.

Эта черта сближает памятники с курганными погребениями кочевников Северного Причерноморья. Но география находок акинаков как будто подтверждает их вероятную зависимость от трансильванских. Об этом же говорит присутствие среди акинаков укороченных кинжалов, хорошо известных на Муроше и в Потиссье и не характерных для скифов Украины. Крестовидная бронзовая бляха из Армэшойа, так же как и упомянутая бляха из Бырсештского могильника, имеет близкие параллели среди древностей, производившихся по скифским образцам в Трансильвании и на Потиссье.

А. Вульпе видит в приведенных археологических материалах подтверждение письменных данных, и прежде всего Геродота, о расселении агафирсов времен скифской войны с Дарием. С историческими событиями конца VI в. до н. э. он связывает и возникновение городищ в Северо-Восточной Румынии. Интересные построения А. Вульпе, однако, требуют проверки, поскольку археологических материалов для их обоснования пока явно недостаточно.

В степной части Нижнего Подунавья, на юге Прутско-Сиретского междуречья и в Добрудже пока не обнаружено ни одного скифского погребения VI—V вв. до н. э. Но к числу вещей скифских типов и керамики из упомянутых гетских памятников следует добавить еще несколько случайных находок VI—V вв. до н. э. Прежде всего — это два хорошо известных каменных изваяния скифов-воинов: первое — из Сибиоаре на берегу оз. Ташаул, второе — из Ступина,— которые, видимо, свидетельствуют о том, что где-то в районах мест находок были погребения скифских военачальников конца VI—V вв. до н. э., возможно участников войны с Дарием. Первое из этих двух изваяний П. Н. Шульц включает в группу наиболее ранних антропоморфных скифских скульптур, передающих, по его мнению, героя — родоначальника и одновременно военачальника. Второе — как будто более позднее, но, судя по форме акинака, изображенного на фигуре, оно не должно быть позднее середины — второй половины V в. до н. э.

Третье каменное изваяние из Добруджи (место находки его точно не известно) по общей форме напоминает ступинское, но на нем не передано оружие, поэтому о дате его сказать трудно. Отсутствие сколько-нибудь ощутимых отличий этих каменных фигур воинов из Добруджи от тех, которые теперь уже в большом количестве хорошо известны в скифском мире, не позволяют признать правильным мнение Д. Берчу о фрако-скифской принадлежности изваяний. Д. Берчу основывает свое заключение на том, что на статуе из Сибиоары изображена двулезвийная секира — оружие, не свойственное скифам, но широко применявшееся фракийцами. Однако этот довод нельзя признать убедительным, так как на каменных фигурах скифов-воинов из Скифии однолезвийные секиры с длинным обухом в отличие от горитов и акинаков изображались схематически и поэтому тоже были похожи на двулезвийные. Во всяком случае изображения секир на каменных изваяниях из Ждановского музея и из с. Ольховчик в Донецкой обл. близки к изображению на статуе из Сибиоары. Отличия заметны лишь в мелких деталях.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98