Ольвия Понтийская: Город счастья и печали

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

В современных научных исследованиях  это название было преобразовано в более благозвучное «Ольвия», которое уже довольно прочно укоренилось, но только в русском и украинском языках. Однако, несмотря на приобретение такого названия столь важным путем по совету дидимского оракула, для эллинов Средиземноморья она всегда считалась Борисфеном, а ее жители борисфенитами. Во всех сочинениях древних авторов, начиная с «Истории» Геродота, Ольвия именовалась так же, как река, древнейшее поселение на полуострове и божество. Почитание его возросло, особенно в тот период, когда полисные земли вновь приблизились к этой прекрасной полноводной реке.

Освященное оракулом наименование города не просто Ольвия, подобно многим другим топонимам, но с добавлением термина «полис», очевидно, было понято буквально, как обязательное дополнение к названию, войдя навечно и в его демотикон ольвиополиты (О?BIOPO?ITAI), а не ольвийцы. Благодаря такому дополнению к названию, отныне произошло окончательное установление статуса города как главного политического, экономического и культурно-религиозного центра в Нижнем Побужье. Кроме того, в прорицании оракула в завуалированной форме говорилось, что мирное сосуществование граждан в полисе станет возможным лишь под божественной защитой Аполлона Дельфиния, а не Аполлона Иетроса, почитавшегося здесь верховным покровителем первопоселенцев. Если до этого они использовали такую же монету-стрелу, как и в Борисфене, то с учреждением культа Аполлона Дельфиния в третьей четверти VI в. до н. э. ее постепенно вытеснил денежный знак совершенно иного облика.

 image045

Это была также бронзовая литая монета, но в виде фигурки дельфина символа и атрибута Аполлона Дельфиния. В определенной мере такие политические и религиозные преобразования обособляли Ольвийский полис от остальных понтийских городов, где главным покровителем по-прежнему оставался Аполлон Иетрос. Но вместе  с этим Ольвия стала еще ближе Милету, поскольку именно Аполлон Дельфиний являлся его верховным богом спасителем и защитником.

 image047

Название «Ольвия» носили многие поселения, основанные в разное время в отдаленных периферийных областях античной ойкумены, например, в Вифинии, Киликии, у Евфрата, в Сардинии, Иберии, Галлии и т. д. Однако под этим названием ни одно из них не стало широко известным и долго существующим полисом.

Завершение ионийско-понтийской колонизации произошло после разгрома Милета персами в 494 г. до н. э., когда в нем, по сведениям Геродота, не осталось милетян; вполне возможно, что какая-то часть их переселилась и в Ольвию. Основным аргументом в пользу такой гипотезы являются надписи, свидетельствующие о расширении здесь деятельности религиозного аристократического союза мольпов, который издавна существовал в Милете. В Ольвии мольпы сыграли заметную роль в организации государственной жизни и значительном укреплении культа Аполлона Дельфиния. Длительный и поэтапный процесс формирования Ольвийского полиса, а заодно и освоения Нижнего Побужья вряд ли был беспорядочным. При наличии в данном регионе социально-политического, экономического и культурного центра полиса, каким был сначала Борисфен, а затем Ольвия, каждая прибывавшая сюда группа новых колонистов подчинялась уже установленным правилам и законам, согласно колонизационной практике и политике формирующихся полисов. Они были заинтересованы прежде всего в единении всех граждан, обороноспособности и экономическом процветании.

По мнению ученых, милетские поселения на побережьях Пропонтиды и Понта основывались с уже готовыми, сложившимися в метрополии политическими институтами, и с заранее определенным пантеоном главных божеств. В момент возникновения они являлись независимыми от Милета и соседних полисов. Однако дальнейшее развитие их автономии всецело зависело от единства гражданского коллектива. В полисе такого типа не могло существовать противопоставления личности обществу. Важнейшее место в гражданской общине, считавшейся наилучшей формой организации государственной жизни, занимало сохранение традиционных обычаев. В нее входили только мужчины, владевшие собственным участком земли и имевшие право голоса в Народном собрании и суде; в период военной опасности они становились ополченцами. Земля передавалась по наследству старшему сыну или другим наследникам. В случае отсутствия таковых или при нарушении законов о земельной собственности владельцем участков отдельных граждан нередко становилась община. Зависимые категории населения занимались в основном торговлей, ремеслами, промыслами, сезонным наемным трудом и т. д.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89