Ольвия Понтийская: Город счастья и печали

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

Сооружение в честь императора стой в самом городе указывает, что он хотя бы частично был не только отстроен на высоком южном плато и, особенно, в прилиманной части, но и возобновил прежнее государственное устройство, наладил экономические и политические связи. Абаб выступает как лидер ольвийской гражданской общины и видный государственный деятель. О том, что он являлся именно таковым, прямо указывает и проксенический декрет города Византия в честь его сына Оронта. Копия этого документа явно была выставлена и в Ольвии для всеобщего ознакомления по старой полисной традиции. Оронту предоставлялись потомственные права гражданства Византия. Его позолоченная бронзовая статуя была установлена там в булевтерии за заслуги в том, что он, выполняя обязанности ольвийского магистрата, относился с уважением и благосклонностью к иностранцам византийским купцам, приезжавшим в Ольвию. Считается, что эта надпись по времени близка посвящению Абаба. В ней отмечено, что он, как отец Оронта, являлся «первенствовавшим не только в отечестве, но и во всем понтийском народе», возвысился до известности Августам и принес много пользы городу Византию, где также удостоился проксении.

 image205

Исходя из этого, можно уверенно считать, что Абаб занимался как торговлей, в результате которой приобрел значительные средства, так и государственной деятельностью. Термин ПО?I?, бесспорно, свидетельствует о том, что Ольвия представляла собой автономный город, который Абаб считал своей родиной. Выполняя здесь различные должности, очевидно, попеременно архонта и агоранома, и не брезгуя торговыми делами, он особенно содействовал прибывающим в город купцам, вследствие чего добрая слава о нем распространилась во многих регионах Причерноморья.

По всей видимости, как и в предыдущие времена, Ольвия главным образом торговала хлебом и рыбой. Приезжие купцы могли доставлять сюда наиболее необходимые ее жителям товары и продукты. Среди них основное место занимали вина и оливковое масло, краснолаковая столовая посуда, стеклянные изделия, ткани, готовая одежда и обувь, украшения и т. д.

В этот труднейший период восстановления разрушенного почти до основания города Абаб принадлежал к тем немногим гражданам, которые обладали не только большими богатствами, но и пользовались особым авторитетом. Не исключено, что он часто избирался на высшие государственные должности, нередко выполняя их за собственный счет во благо всего демоса. Косвенно это подтверждается потомственными проксениями Византия ему и его сыну Оронту. Они происходили из аристократического рода Каллисфена. Это чисто эллинское имя было широко распространено в античном мире, в отличие от имен его сына Абаба и внука Оронта. Представляет большой интерес то, что если первый из них носил редкое греческое (малоазийское) имя, то Оронт персидское. Известно, что отец первого династа из рода Митридатидов имел имя Оронтобат. Близкие к этому имена носили и другие знатные персы.

Наличие персидского имени в семье ольвиополита можно объяснять двояко. С одной стороны, родственными связями отца или деда Абаба с какими-то представителями разветвленного рода Митридата VI Евпатора или близко стоящих к нему людей в период вхождения Ольвии в Понтийское царство. В то время здесь находился специальный отряд, присланный понтийским царем для ее защиты от нападений варваров и укрепления собственной власти. Не исключены при этом и связи самого Абаба с Синопой и Боспорским царством, где тогда жило немало наследников и приверженцев политики понтийского властелина. То, что Абаба считали первенствовавшим на Понте, говорит также о том, что он целеустремленно, соответственно своим возможностям и амбициям, стремился к такому лидерству, как и некогда, возможно все еще почитаемый им, Митридат VI Евпатор.

С другой стороны, вряд ли можно сомневаться и в том, что Абаб принадлежал к древнему аристократическому роду по линии отца, очевидно, Евресибиадов. Это подтверждается декретом начала III в. н. э. в честь Каллисфена, сына Каллисфена, в котором упоминаются его предки, известные Августам. В период нашествия гетов отец Абаба Каллисфен, по-видимому, нашел временный приют в Синопе, с которой Ольвия всегда поддерживала теснейшие экономические связи и куда было послано посольство за помощью к всесильному понтийскому царю.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89