Ольвия Понтийская: Город счастья и печали

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

Благотворительную деятельность Протогена необходимо оценивать в совокупности. Из многих эпиграфических памятников эллинистического времени известно, что именно в этот период наибольшее развитие получила эвергетия разных уровней и в разных государствах. На фоне благотворительности отдельных граждан аристократического происхождения, среди которых, естественно, были и такие, которые стремились завоевать славу знаменитых эвергетов или же занять выгодные государственные должности, Протоген выделяется не только значительными многолетними и разнообразными пожертвованиями, добротой и благосклонным отношением к согражданам.

Осознание гражданского долга, благочестие и взаимопонимание, что связывали его с демосом, не позволили ему оставить город ни перед возможным нашествием галато-скиров, когда многие бежали, ни в голодные годы, когда ольвиополиты запасали зерно, ни во времена домогательств дани Сайтафарном и его угроз разгромить и разграбить Ольвию. При его богатстве Протогену было совсем просто уехать отсюда навсегда и жить спокойно в любом эллинском городе. Однако он всю жизнь оставался с народом. В его декрете названы и другие зажиточные люди, но они даже из меркантильных соображений не следовали его примеру: отмалчивались или же покидали город, чтобы не потерять имущество. Исходя из этого, видно, что судьба полиса их мало волновала. И на фоне таких людей Протоген также выступает как неординарный деятель и гражданин, строго придерживающийся полисных традиций верности коллективу ольвиополитов.

В декрете его образ выступает как важный элемент моральной и политической жизни Ольвии, олицетворяя выразительную систему духовных и этических ценностей, в которой большое значение имели защита и пропаганда полисных традиций единства гражданской общины. Заслуженная оценка его деятельности дана В.В.Латышевым, в которой вряд ли следует видеть какие-либо преувеличения: «Каковы бы ни были оказанные ему почести, они исчезли без следа, но мрамор сохранил благодарное слово сограждан о его заслугах и более двадцати веков спустя воскресил из забвения благородное имя Протогена Ольвийского, который своею самоотверженною преданностью интересам отечества, своею постоянною готовностью отдать последний грош на его нужды невольно внушает к себе глубокое уважение и заслуживает почетного места в рядах самых горячих патриотов всех времен и народов!».

Вполне вероятно, что в то время, когда умер Протоген, ольвиополиты не имели возможности поставить ему дорогостоящий памятник, как, например, безымянному освободителю от пиратов острова Левке, Каллинику или позже Никерату. Не так давно найденная надпись на постаменте статуи конца III начала II вв. до н. э. свидетельствует о том, что внук Протогена Евник, сын Евдора, отслужив должность жреца, посвятил статую своего деда Аполлону Дельфинию. Учитывая все его заслуги перед ольвийским демосом, Протоген, бесспорно, достоин намного большего. Как бы то ни было, но хроника о его деяниях и эвергетии, хотя в ней и отсутствуют чересчур хвалебные эпитеты по сравнению с почетными декретами первых веков нашей эры, осталась навеки его наилучшим памятником. Благодаря ему, Протоген навсегда вошел в историю Ольвии и античного мира. Вместе с тем, декрет в его честь уникальный документ об истории и экономическом положении Ольвии в тесном переплетении со множеством событий, которые в III в. до н. э. происходили не только в самом городе, но и в окружающем его мире.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89