Ольвия Понтийская: Город счастья и печали

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

ОТ ОЛИГАРХИИ И ТИРАНИИ К ДЕМОКРАТИИ

Однако главными видами государственного устройства,
по-видимому, являются два демократия и олигархия…
Демократию не следует определять, как это обычно
делают некоторые в настоящее время, просто как такой
вид государственного устройства, при котором верховная
власть сосредоточена в руках народной массы…
Аристотель

По общепринятой периодизации истории греков после архаического времени наступило классическое. В истории Ольвийского полиса оно обычно определяется несколько более узкими хронологическими рамками (480-470 331 гг. до н. э.). Эти даты были связаны с внешними и внутренними событиями, в результате которых произошли большие изменения в его политике и экономике, а заодно и культуре. Прежде всего, освоенная эллинами в Нижнем Побужье огромная для того времени сельскохозяйственная территория была почти полностью оставлена ее жителями. А конец этого этапа завершился осадой города полководцем Александра Македонского Зопирионом.

Окончательное формирование города и его экономические связи. Значительный экономический и духовный потенциал, заложенный в позднеархаическое время для всестороннего развития полиса с несомненной поддержкой его со стороны метрополии Милета, был несколько ослаблен его гибелью в 494 г. до н. э. Несомненно, что гибель Милета была трагедией для всего эллинского мира, подвергнувшегося вскоре жестокому нашествию персов. Не прошла она бесследно и для ольвиополитов, связанных с милетянами как культурно-политическими и экономическими отношениями, так и родственными узами. Многие из них явно по-прежнему считали себя милетянами, хотя Геродот отметил эти сведения уже по прошествии нескольких десятков лет после краха их метрополии. С этого времени надолго исчезает импорт милетско-ионийской керамики, архитектурного декора, скульптуры, коропластики, произведений декоративно-прикладного искусства.

Большие изменения начали происходить и в степной зоне Северного Причерноморья. До этого ни военный поход Дария I Гистаспа на Скифию приблизительно в 514-512 гг. до н. э., в котором принимали участие и подвластные ему милетские корабли, ни другие варвары прямо не коснулись Ольвии. Движение армии персидского царя, по сведениям Страбона, было остановлено скифами в так называемой гетской пустыне между Дунаем и Днестром. Скифские номады в VI в. до н. э. в основном еще базировались в степях Прикубанья и Северного Кавказа, откуда совершали сначала походы в Переднюю Азию. Однако уже в первой четверти V в. до н. э. на отдельных поселениях эллинов на Боспоре Киммерийском прослеживаются разрушения и пожары, которые происходили вследствие нашествий скифов. Явных следов их нападений на поселения Ольвийского полиса, многие из которых находились на больших расстояниях от центра, в том числе и на противоположном берегу Гипаниса, археологи не отмечают. Тем не менее в данном регионе произошло небывалое «свертывание» сельской округи в конце первой трети V в. до н. э. Сельские жители дальних поселений, забрав все накопленные ими вещи, утварь, скот и продукты, оставили свои жилища. Лишь на отдельных из них остались наиболее стойкие земледельцы. Началось медленное угасание Борисфена на стадии его градостроительного развития. С этого времени основная аграрная база полиса была сосредоточена поблизости от Ольвии.

Относительно причин так называемого коллапса ольвийской хоры и возможной концентрации в это время населения в самом городе и в его предместье высказаны абсолютно разные точки зрения. Одни ученые полагают, что этот демографический процесс был вызван синойкизмом — соединением земледельческого демоса в одну общину, что способствовало окончательному оформлению Ольвии в город-государство. Близки к такому пониманию и те, кто видит основную причину в исторически назревшей необходимости в быстрейшей урбанизации полиса, большой потребности в рабочей силе для широкого строительства, в том числе и оборонительной системы. Последнее было вызвано общей ситуацией в связи с приближением кочевых скифов, активизировавших политическую и военную деятельность при создании собственного государства в Северном Причерноморье. Другие, наоборот, объясняют это явление только резким обострением контактов с кочевыми скифами и их враждебной политикой по отношению к полису, что привело к установлению над ним скифского протектората на протяжении более полувека.

Сходные ситуации с поселениями сельских округ почти синхронно произошли в Нижнем Подунавье, Нижнем Поднестровье и на Боспоре. Этот процесс сравнительно медленного запустения дальней хоры совпадает и с тем немаловажным событием, что с 477 г. до н. э. началось возрождение Милета. Вероятно, какая-то часть эллинов из Ольвии и ее округи возвратилась на родину. Тем более это возможно, если из-за Волги в причерноморские степи действительно перебазировалась большая группировка кочевых скифов, превосходящих предшественников воинственностью и сплоченностью. Как бы то ни было, но создание в V в. до н. э. Скифского царства в степном Поднепровье и Приазовье положило начало новому пути развития эллиноскифских контактов. Пришедшие скифы оттеснили кочевья прежних номадов в Нижнее Подунавье, где было создано небольшое царство своего рода «Малая Скифия», которую Геродот именовал «архаической». Отсутствие в Ольвии оборонительных стен этого времени показывает, что положение в общем не было столь тревожным, и скифы не предпринимали военных нашествий ни на хору, ни на сам город. Ведь кочевникам ничего не стоило разграбить и сжечь дома ольвиополитов при наличии у них совсем небольшого ополчения и отсутствии мощных каменных оборонительных стен, которые появились в их полисе в IV — III вв. до н. э.

Таким образом, если в период колонизации Нижнего Побужья здешние земли считались пустынными, то после ее завершения и освоения эллинами обширных территорий ситуация коренным образом изменилась. Согласно этнографической карте Геродота, в степях кочевали скифские номады, которые могли периодически появляться и у границ ольвийской хоры. Но гораздо ближе к ней обитали каллипиды, или эллино-скифы, немногим выше по Гипанису алазоны. Это о них Геродот написал, что они «занимаются всем прочим так же, как скифы, но сеют и едят хлеб, а также и лук, и чеснок, и чечевицу, и просо», то есть ведут полукочевой образ жизни, но обеспечивают себя уже за счет не только скотоводства, но и земледелия.

 image115

Бесспорно, что все эти события не могли не отразиться на жизни ольвиополитов. Увеличение населения как в самом городе, так и в его предместье, где могла проживать зависимая часть населения, способствовало интенсивному строительству сырцово-каменных и каменных домов, зданий административного назначения и, возможно, невысоких со стороны суши оборонительных стен из сырцовых кирпичей. Архитектурный облик города, несомненно, преобразился. Однако от всех построек классического периода сохранились крайне незначительные остатки, дающие лишь приблизительное представление об их внешнем и внутреннем устройстве. По данным С.Д.Крыжицкого, жилые дома были в основном безордерными, одноэтажными, с жилыми и хозяйственными подвалами.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89