От Скифии к Сарматии

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74

Сложность использования монет этого периода для датировки показана Д.Б.Шеловым по кладам, содержащим боспорские монеты IV-II вв. до н. э.(487,с.48). При датировках археологического материала отдавать предпочтение нумизматическим датам этого времени, по-видимому, не стоит. Так, датировку закрытого комплекса в Горгипии первой половины III в. до н.э. по боспорским бронзовым монетам принять нельзя (1б,с.45-50).

Большинство датирующих материалов комплекса, чернолаковая керамика, фасосские и гераклейские амфорные клейма относятся к середине второй половине IV в. до н.э. В то же время, здесь присутствуют ножки косских амфор. По-видимому, комплекс не столь однороден хронологически.

Возникновение поселений, фиксируемое в Восточном Крыму с конца V в.до н.э. (506,с.24), для остальной территории Крым становится общей тенденцией на позднем этапе. Скифские поселения Восточного Крыма в начале III в., как и целый ряд греческих, прекратили существование. В дальнейшем традиции скифской оседлости связаны с Центральным и Западным Крымом. Для III -начала II вв. до н.э. следы проживания скифов зафиксированы лишь в Центральном Крыму (Неаполь Скифский, Кермен-Кыр). Материалы невыразительные и фрагментарные. По имеющимся археологическим материалам этот период истории позднескифских городищ и могильников Крым остается неясным. Однако, совершенно очевидно, что в III — начале II вв. до н.э. скифское население Крыма было весьма немногочисленным.

Предполагать для этого времени переселение в Крым (точнее, бегство под нажимом сарматов) населения восточной в нижнеднепровской Скифии не приходится. Рост численности скифского населения отмечается здесь со II в. до н.э., что, по-видимому, связано с местными внутренними процессами. Для характеристики Неаполя Скифского и Кермен-Кыра II-I вв. до н.э. имеется значительно больше данных (87,с. 190-198; 142,с.114). По-видимому, с ростом скифского демографического потенциала связано освоение и возникновение скифских укреплений в северо-западном Крыму в середине II в. до н. э. (145,с.153; 501,0.37-42) и заселение юго-западного Крыма после Диофантовых войн (86,с.180).

В IV в. до н.э. процесс колонизации западного Крыма Херсонесом протекал мирно; при нейтралитете скифов. На протяжении III -иачала II вв. до н.э. в результате скифских нападений гибнут сельскохозяйственные поселения в непосредственной близости от Херсонеса, а также владения города в северо-западном Крыму (501,с.130-132). Греческая надпись из Пантикапея, опубликованная Ю.Г.Виноградовым, в случае верности восстановления и интерпретации, существенно расширяет наши представления о событиях этого периода.

Ю.Г.Виноградов на основе этой и ряда других надписей предполагает союзнические отношения между скифами Крыма и Боспором начиная с III в. до н.э. на основе династийных браков. Эту дату он определил по следующим соображениям. В III в.до н. э. в Северном Причерноморье в результате вторжения сарматов ситуация резко меняется. Сарматы вытесняют скифов в Крым. Скифы мирным путем устанавливают протекторат над Ольвией, и, стремясь навязать то же Херсонесу, должны были обеспечить себе тыл со стороны Боспорского царства. Последнее, хотя и переживало кризис на этом историческом этапе, при резком снижении скифского военного потенциала представляло серьезную угрозу. При этом скифам приходилось учитывать живших на севере враждебных сарматов. Союз с Тасием рассматривается как временный альянс одного сарматского племени со скифами, независимой от общей враждебной политики сарматской федерации племен Приазовья. Оборонительный союз скифов с Боспором был направлен против общего врага сарматов (82,с. 84—86).

При согласии с общим результатом реконструкции (о союзе Крымских скифов с Боспором) нельзя не возразить против следующего.

О сарматах а Северном Причерноморье ранее середины II в. до н.э. не может быть и речи. Поэтому причины возникновения этого союза должны были быть совершенно иными. Его начало, по-видимому, уходит в предшествующий период, что косвенно подтверждается рядом фактов. Прежде всего, о существовании такого союза по крайней мере с конца IV в. до н.э. свидетельствует участие крымских скифов в войне за боспорское наследство. На территории Европейского Боспора с середины V в.до н. э. непосредственно в некрополях городов размещается царские скифские курганы (Нимфейские, Куль-Оба и др.). С конца V в. до н.э. здесь же в восточном Крыму проживало многочисленное оседлое скифское население, сохранявшее статус независимого (50,с.111). При ярко выраженной экспансионистской политике Боспора на Азиатской стороне, на Европейском Боспоре складывался какой-то совершенно иной механизм отношений о местным скифским населением. Эта любопытная ситуация отражена у псевдо-Скилака (338-335 гг. до н.э.) в описании восточного Крыма: «скифы, в землях которых следующие эллинские города: Феодосия, Китей, Нимфей, Пантикапей, Мирмекий» (258 а,с.84).

Огромное количество золотых изделий в скифских курганах Северного Причерноморья, в основном боспорского производства, не могло быть результатом только торговли.

Несомненно, оно поступало к скифам в виде дани, дипломатических подарков (15,с.42-49). По-видимому, Страбон упоминал именно эту дань (VII,4,4 258 а,с.124). Подобные меры и обеспечивали Боспору мирные отношения со скифами всего Северного Причерноморья и, в первую очередь, с ближайшими соседями, — скифами Крыма. На этом фоне выглядит неслучайным участие причерноморских скифов в событиях войны за боспорский престол, разыгравшихся в Прикубанье, бегство к крымским скифам сына Сатира после поражения а этой войне.

Война скифов с Перисадом I свидетельствует и о конфликтных эпизодах в процессе развития скифо-боспорских отношений при мирных в целом отношениях в V-IV вв. до н.э.

Вероятно, именно теснейшее соседство со скифами в восточном Крыму, при проживании скифских правителей в непосредственной близости городов Европейского Боспора и обусловили широкое распространение общих сюжетов на боспорских золотых монетах, не имевших хождения в Скифии, и золотых изделиях торевтики, специально изготавливавшихся для варварской среды. По-видимому, именно в результате такого взаимодействия, взаимопроникновения, территориального, экономического и идеологического мог возникнуть такой замечательный феномен, как греко-скифское искусство.

Прекращение существования поселений Европейского Боспоре в III-II вв. до н. э., в отличие от хоры Херсонеса, Тиры, Ольвии и даже Елизаветовского эмпория, происходило мирным путем. Следов гибели поселений здесь не обнаружено, что, вероятно, было обусловлено характером отношений предшествующего периода.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74