От Скифии к Сарматии

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74

2.6. Соседние территории в III — начале II вв. до н.э.

В итоге поисков скифских памятников III -начала II вв. до н.э. в степном Северном Причерноморье приходится констатировать их отсутствие. Сейчас можно назвать лишь три находки античной керамики III-II вв. до н. э. в курганах (Семеновка, Курчи, Кут), но не связанных с погребениями. Столь же слабо представлены материальные остатки этого времени и на позднескифских городищах Нижнего Днепра и Крыма.

Следующая хронологическая группа, — позднескифская, — по материалам могильников и городищ этой территории прослеживается со II в. до н.э. Так или иначе, по имеющимся данным для III -начала II вв. до н.э. в степном Северном Причерноморье фиксируется хронологический разрыв в развитии скифской материальной культуры, определенная пустота.

Сходная ситуация прослеживается и в Причерноморской лесостепи. В Среднем Поднестровье неизвестны памятники скифского типа позднее V в. до н.э.(41,с. 108-109). С конца III или начала II в. до н.э. на этой территории появляются памятники культуры Поенешти-Лукашевка, а с рубежа эры липицкой и пшеворской культур (503,с.20).

В начале III в. до н.э. прекращается жизнь на городищах и поселениях Днепровского Право- и Левобережья (352,с.1З; 219,с.50; 498,с. 0.167), Среднего Подонья (264,с.30). Для лесостепного Поднепровья установлено отсутствие курганов, выделявшихся М.И.Ростовцевым в группу «переходного периода» III-II вв. до н.э.(384,0.467-527; 112; 374; 351; 189). Скифские курганы лесостепи датируются не позднее начала III в. до н.э. Из насыпи нескольких курганов Днепровского Правобережья происходят отдельные находки античной керамики III-II вв. до н.э., не связанных с основными, более древними погребениями курганов (334, №№ 600,723,727,729). Известно также несколько латенских вещей из случайных находок и одно погребение у с.Залесье, которое Д.А.Мачинский датировал 275-125 гг. до н.э. и пытался связать с проникновением кельтов (300,с.3-9).

Кельтская принадлежность сосуда из погребения в Залесье отрицается, а появление остальных вещей в Юго-Восточной Европе рассматривается как результат связей с восточно-кельтскими перифериями (541,с.355). Е.В. Максимов связывает эти находки с раннезарубинецкой культурой, хотя наиболее ранние погребения зарубинецких могильников датируются со II в. до н. э., и не самого раннего (281,с.27,63-68). На ряде скифских и зарубинецких городищ найдены фрагменты греческой керамики III-II вв. до н.э. (334, №№ 558,560,582, 595-603,625,627), что свидетельствует о какой-то жизни на них в это время. Однако, ни скифские, ни зарубинецкие слои или объекты этого времени неизвестны. В целом период III -начала II вв. до н.э. остается для Причерноморской лесостепи весьма темным и неизученным в археологическом отношении.

Согласно результатам новейших изысканий ход событий на восточной окраине Скифии, в Нижнем Подонье, представляется следующим. Около середины IV в.до н. э. достигшее расцвета Елизаветовское городище укрепляется двумя мощными линиями обороны, что связывается «с самым началом активизации сарматских племен в степном междуречье Волги и Дона». На территории городища во второй половине IV в. до н.э. существовала боспорская колония, разделившая судьбу варварского населения (295,с.8). Городище и, по-видимому, сеть окружавших его варварских поселений дельты Дона около рубежа IV-III вв. до н.э. прекратили существование. По данным В.П.Копылова, функционирование Елизаветовского могильника прекращается не позднее рубежа IV-III вв., а, возможно, в конце IV в. до н.э. Уход населения Елизаветовоксго городища в это время он связывает с событиями войны за боспорский престол (224, 0.14-15). Материалы городища свидетельствуют о том, что его обитатели «имели возможность в относительно спокойной обстановке покинуть свои насиженные места, унося при этом с собой все мало-мальски ценные вещи».

Причиной этих событий предполагается опять-таки «угроза нападения со стороны резко усилившихся к началу III в. до н.э. сарматов». Тем не менее, после наикратчайшего перерыва на территории бывшего Елизаветовского городища вновь возникла греческая колония. В составе ее жителей фиксируется варварский компонент, однако, отличный от более раннего. Около 260 г. до н.э. этот боспорский эмпорий прекратил существовать, что объясняется «развитием неблагоприятных тенденций в степных и отчасти лесостепных районах Северо-Восточного Причерноморья, вызванных усилением военной экспансии кочевых орд сарматов на запад» (296,с.71-77). По нумизматическим данным продолжительность существования позднейшего греческого эмпория на Елизаветовском городище определяется в пределах 10-15 лет, а прекращение существования относится к 280-275 гг. до н.э.(109,с.II).

Совершенно очевидно, что «сарматская угроза» возникает всякий раз при необходимости объяснения загадочных моментов истории Елизаветовского городища. Имеющиеся данные позволяют считать такое объяснение данью традиции, сложившейся в историко-археологической литературе. Подтверждений в археологическом материале оно не имеет.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74