От Скифии к Сарматии

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74

В отечественной науке принята датировка декрета Т.Н.Книпович и П.О.Карышковского по палеографическим данным конец III начало II в. (215,c.142-149; 205,с.95-105). ВЛ.Яйленко по просопографическим данным уточнил датировку в пределах 180-170 гг . до н.э., а деятельность самого Протогена отнес к концу III в. — 170 гг. до н.э. (504,c.169; ср.:258,с.55). Таким образом, автоматически исключается связь скиров и галатов из декрета с деятельностью кельтов-галатов на Балканах и в Малой Азии в III в. до н.э. События, упомянутые в декрете в честь Протогена, должны быть соотнесены с племенными передвижениями в Западном и Северо-Западном Причерноморье около рубежа III-II вв. до н.э.

.В результате накопления новых археологических, эпиграфических и нумизматических данных по Западному Причерноморью, за последние годы весьма изменились представления об исторической ситуации во Фракии и Подунавье, о масштабах и локализации кельтского государственного образования на юге Фракии (царство Тиле) и его роли в жизни населения Балкан.

Полный учет археологических находок латенского облика на территорий Фракии, особенно юго-восточной, где согласно письменным источникам, в 279-212 гг .до н.э., существовало кельтское царство, показывает весьма скромную картину на общефакийском фоне. Каких-то мощных кельтских проявлений, средоточий памятников, здесь нет. Немногочисленные находки представлены преимущественно фибулами. Погребения, которые могут бить связаны с кельтами, практически отсутствуют, поселения тоже, фрагменты керамики, сопоставимой с кельтской, исчисляются единицами.

Эпиграфические находки (декреты из Мессембрии, Севтополя) свидетельствуют о существовании в юго-восточной Фракии в III в. до н.э. нескольких независимых сильных фракийских правителей, проводивших самостоятельную политику по отношению к греческим городам побережья.

На протяжении III в. до н.э. в долине р.Марицы продолжалось существование одрисской династической линии. Несмотря на чеканку монет последним кельтским правителем Каваром в Кабиле, признается независимость города от кельтов. В целом роль кельтского образования во Фракии оценивается весьма скромно: непостоянный контроль и грабительское давление на греческий Византии и ближайшие фракийские центры.

На основе археологических, эпиграфических и нумизматических данных произошла переоценка и территориальной величины кельтского царства. Если гипотеза о локализации столицы царства Тиле близ Гема, предполагавшая включение в состав кельтского царства практически всей территории к югу от Балкан, ранее имела право на существование, то теперь, с учетом всей суммы новых данных должно быте отдано предпочтение локализации Тиле вблизи Византия, основанной на недвусмысленном указании Полибия. Соответственно меняется и представление о величине его территории (167,с.80-85,110-155).

Эти данные хорошо согласуются с историческими источниками, согласно которым кельты после разгрома в Дельфах в 279 г. до н.э. в основном возвратились в исходные районы, в результате чего было заселено Среднее Подунавье ( 39,с.193-195; 193,с.27; 550,с.5-10;92-106; 551, с.22-25). Значительная часть ушла в Малую Азию, где возникло кельтское политическое образование, просуществовавшее вплоть до столкновения с римлянами.

При сравнении кельтских полчищ, нахлынувших в Македонию, Грецию и Малую Азию, с теми остатками, что вторглись во Фракию, очевидна немногочисленность последних, о чем прямо свидетельствуют античные источники . Есть основания считать, что представления о разрушительности вторжения галатов-кельтов во Фракию являются отзвуком воспоминаний об ужасах галльского нашествия на Италию, разрушении Рима.

По имеющимся данным совершенно очевидно, что «фракийские» галаты во время их почти шестидесятилетнего пребывания, ни в его начале, ни, тем более, позже, не была в состоянии доминировать в этом регионе. Здесь, после разгрома при Лисимахии в 277 г. до н.э. Антигоном Гонатом, кельты утратили военную и, соответственно, политическую мощь. Остатка кельтских племен, потеснив фракийцев, обосновались в окрестностях Византия, где образовали царство со столицей Тиле. Постоянная угроза сельскохозяйственной округе Византия позволяла кельтам достаточно регулярно взимать дань с города. По-видимому, военная слабость обусловила посредническую позицию галатов в войне Византия с Родосом. Территориальное влияние царства Тиле было весьма ограниченным и далее Византия не простиралось. Ни в коей мере оно не распространялось и к северу от Балкан (55,с.107-109,143; 326,с.133-146; 139, с.434-449; 140,с.89-91; 467,с.192-194; 192,с.211-214; 168,с.86;175, с.14; 167,с.80-85,110-155; 196,с.116; 200,с.125).

В III в. до н.э. территория к северу от Балкан не входила в сферу военных походов и политического влияния кельтов. Исследования румынских и болгарских ученых последних лет установила неправомерность старого тезиса о значительной роли кельтов в жизни областей северной Фракии. В Добрудже в конце IV — начале III вв. до н.э. существовало несколько династических центров, помимо автономных греческих городов.

К первой половине III в. относится деятельность гетского вождя Москоны на территориях к югу от дельты Дуная, чеканившего монеты с царским титулом. Около середины III в. здесь правил фракийский вождь Залмогадик, оказывавший давление на Истрию и державший ее заложников, позднее вождь Золта. Ко второй половине III-II вв. до н.э. относится монетная чеканка целой группы царей нижнедунайской Малой Скифии (то ли единовременная, то ли последовательная). В конце III в. Северная Добруджа, в том числе в греческие города, (Истрия), находились под властью царя Ремаксы. румынские ученые видят в нем правителя скифского. П.О.Карышковский предполагал в нем царя галатов (кельтов-бритолагов), чье появление в Нижнем Подунавье связывал о продвижением с северо-запада бастарнов около рубежа III-II вв. до н.э.

Как отметил П.О.Карышковский, в истрийском декрете в честь Агафокла рубежа III-II вв. до н.э. нет упоминаний о галатах и скирах. Здесь упоминаются исключительно фракийские вожди, зафиксировано существование в это и, по-видимому, более раннее время в Нижнем Подунавье Географического названия «Скифия» (206,с.36-56; 194,с.110-117; 208,с.66-70). Эти наблюдения позволяют установить направление, откуда Ольвии угрожала опасность: где-то с запада или с северо-запада, но не с южного направления.

Таким образом, имеющиеся факты указывают на отсутствие в III в. до н.э. воздействия со стороны кельтского государства на процесс исторического развития народов, проживавших к северу от него, и незначительную роль в самой южной Фракии. Племенные передвижения в северо-западном Причерноморье по данным письменных и археологических источников фиксируются около рубежа III-II вв. до н.э. и соотносятся с деятельностью скиров и бастарнов.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74