Северное причерноморье в античную эпоху

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101

Что политика ориентации на помощь извне была для Боспора не нова, выясняется ещё и на основании декрета афинского народного собрания 278 г. в честь боспорского царя Спартока. В этом декрете сказано, что афиняне обязуются помогать Спартоку «на суше и на море», если кто-нибудь покусится на державу предков Спартока или на него самого.

Так как Боспор не вёл никаких войн, кроме тех, которые происходили в пределах его территории или в непосредственной близости от неё, речь здесь может идти только о военной помощи против «варваров». Следовательно, Боспор уже с начала III в. до н. э. попадает в полосу тех самых военных потрясений, которые так хорошо были известны Ольвии и Херсонесу.

Для организации надлежащего отпора уже тогда, очевидно, собственных сил боспорскому правительству не хватало. Так было в самом начале III в. до н. э., когда наступательная активность «варваров» только ещё начала проявляться.

Что было потом, можно легко себе представить по имеющимся у нас аналогиям с Ольвией и Херсонесом. Положение Боспора было, пожалуй, ещё более опасным: его многочисленные местные подданные всегда могли легко перейти на сторону своих воинственных сородичей, а не менее многочисленные рабы местного происхождения — поднять восстание.

В сложившейся обстановке обещание помощи со стороны далёких Афин могло иметь лишь моральное, но не реальное значение. Но можно было рассчитывать на помощь Митридата, войска которого находились уже в Крыму. С другой стороны, и сам Митридат, очевидно, был не прочь воспользоваться почти безвыходным положением боспорского царя.

Исходя из всех этих соображений, можно с полным основанием предположить, что в переговорах был поставлен вопрос об отказе Перисада от боспорского престола и передаче его Митридату. Такой шаг со стороны Перисада был шагом отчаяния, продиктованного безнадёжностью создавшегося положения.

Вот что, очевидно, следует подразумевать под устройством боспорских дел «прекрасно и полезно для царя Митридата».

Но уже достигнутому соглашению не суждено было воплотиться в жизнь. Когда весть о предстоящих политических переменах распространилась среди местных подданных и соседей Боспора и они поняли, что место беспомощного и слабого Перисада будет занято Митридатом Евпатором, уже успевшим прославить себя победами в Крыму, на боспорской территории вспыхнуло восстание.

В надписи в честь Днофанта об этом восстании рассказывается следующее: «…скифы с Савмаком во главе произвели государственный переворот и убили боспорского царя Перисада, выкормившего Савмака, на Диофанта же составили заговор; последний, избежав опасности, сел на отправленное за ним [херсонесскими] гражданами судно и, прибыв [в Херсонес], призвал на помощь граждан. [Затем], имея ревностного сотрудника в лице пославшего его царя Митридата Евпатора, Диофант в начале весны [следующего года] прибыл [в Херсонес] с сухопутным и морским войском и, присоединив к нему отборных [херсонесских] воинов, [разместившихся] на трёх судах, двинулся [морем] из нашего города [Херсонеса], овладел Феодосией и Пантикапеем, покарал виновников восстания; Савмака же, убийцу царя Перисада, захватил в свои руки, отправил в царство [т. е. в Понт] и снова приобрёл власть [над Боспором] для царя Митридата Евпатора».

image095

Из текста надписи, таким образом, выясняется, что восставшие успели захватить и Феодосию и столицу Боспора — Пантикапей и что выбить их оттуда и подавить восстание Диофант смог только ценой значительного военного напряжения, ценой нового большого похода, в котором его войска были пополнены ополчением херсонесских граждан.

Огромной научной заслугой С. А. Жебелева является то, что он своим исследованием раскрыл социальную природу боспорского восстания и установил доселе нам неизвестный исторический факт. Оперируя целым рядом преимущественно филологических соображений, он доказал, что Савмак, «вскормленник» Перисада, был рабом и что, следовательно, это восстание было прежде всего восстанием рабов, поддержанным более широкими слоями населения.

«Успех восстания,— пишет С. А. Жебелев,— …объясняется в значительной мере не только сложившимися социальными условиями на Боспоре, но, несомненно, и тем, что всё его туземное население, может быть, за исключением его верхов, оказалось тесно сплочённым в своей вражде к господствующему и эксплоатирующему скифов классу. Но не одна эта вражда руководила скифами, произведшими переворот. На них должен был подействовать и пример созданного Скилуром и поддержанного Полаком скифского царства в Крыму. Если создание такого царства удалось крымским скифам, то почему оно должно было не удасться скифам Керченского полуострова».

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101