Именовать город Николаев

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70

XIII

Губернаторствование адмирала Лазарева (1833— 1851 гг.) завершило первую половину столетняго существования Николаева и захватило первое десятилетие другой половины. Из настоящаго беглаго очерка всего этого шестидесятилетняго прошлаго жизни города, можно прийдти к следующему выводу.

В царствование Екатерины II, по мысли знаменита го князя Потемкина, был основан при -устье Ингула город Николаев в видах исключительно военно-морских интересов государства. Строил этот город простой русский человек, Фалеев,— разумно, честно, усердно, вполне соответственно указанной ему цели, при чем не упускал он из виду и интересов закладывавшагося городскаго общества, — ни религиозных, ни гражданских, ни экономических. Потом, после непродолжительного промежутка времени, научал устраивать этот город и его гражданственность высокопросвещенный француз, отдавшийся службе нашему Государю и государству, маркиз де-Траверзе. Он успел провести законодательным порядком право города на земельный надел в 40 тысяч слишком десятин и пожалование городу капитала в 260 тысяч рублей, при чем наметил обществу программу дальнейшаго устройства города. Затем, еще спустя десяток лет, когда созданная в Николаеве военно-морская сила России уже представляла могущественный, покрытый славою, Черноморский флот, находившийся под командой боеваго авторитетнейшаго адмирала Грейга, город, уже заглохнувший, обрел в этом адмирале своего добродушнейшего покровителя.

В то же время купец Иван Кустов неусыпной, настойчивой, прекрасной деятельностью старался возстановить преуспеяние городского общественного хозяйства и умственного (развития. В течение шестилетней своей службы в должности городскаго головы успел он основать в городе три дела первостепенной важности: школу, коммерческую пристань и кредитное учреждение. — И если б в городском обществе было тогда побольше Кустовых, или по крайней мере нашедшийся один действовал дольше, то под покровительством светлой и сильной личности губернатора Грейга, юридическое право города на 40 тысяч десятин земли, вытекавшее из закона империи, подтвержденнаго особым Высочайшим повелением Государя, было бы без сомнения осуществлено всецело. А это дало бы Николаеву прекрасный фонд для развития у себя благоустройства и производства. Между тем, лишенный более половины своего земельнаго надела и замкнутый в круг интересов военно-морскаго поселения, он переживал год за годом в полной неподвижности своего быта, существуя только от адмиралтейства и от корпуса флотских офицеров.

Седьмой десяток существования Николаева, с 1850 по 1860 год, не оставил по себе уже никаких следов чьей бы то ни было горячей деятельности в городе на пользу его благоустройства. Все, что стоит сказать про этот период прошлаго Николаева, будет касаться только Крымской войны. Так как первоначальный театр войны 1853—1856 гг. был за Дунаем, то на выручку к Севастополю вся наша армия от Дуная и ратники некоторых губерний с севера опешили в Крым через Николаев. Во время этого перехода громадных вооруженных сил страны все дома в Николаеве постоянно были битком набиты солдатами и ратниками. Из Крыма раненых доставляли в ближайшие города. Таким образом свозились они в Николаев. Каждый отряд, проходя через Николаев, оставлял в нем своих больных. Следовательно, здесь пришлось тогда образовать и лазарет на 15,000 кроватей (42). Подходящаго здания для него не находилось и потому тысячи больных лечились и умирали в разных местах города, размещенные, что называется, по мере возможности.

Смертность между больными была, разумеется, ужасная. Тиф свирепствовал немилосердно. Как на полях сражения, хоронили тут мертвых в общия могилы. Неустроенный, бедный, заглохший город выносил все это честно и дружно. А когда у Очакова показался неприятель, начальство, потерявшее уже веру в существовавшую организацию оборонительных средств, стало ждать нападения и на Николаев (43). Городское общество не разбежалось. Верное народным преданиям, оно высказало готовность отстаивать перед неприятелем свой бедный, служилый город, состоящий на половину из хат с камышовыми крышами. И так как в те времена ни в каком случае ни народу, ни обществу не представлялось самостоятельности решения по какому бы то ни было вопросу общаго интереса, то самую идею защиты Николаева стрелками из-за каменной стенки историк обязан отнести всецело к изобретательности и сообразительности тогдашних распорядителей. Про городское же общество историк должен сказать только то, что оно готовилось и к этому невозможному способу борьбы на смерть, за национальную честь своего города. Оно ассигновало 7,000 руб. на возстановление городской стенки со стороны степи и на пробитие в ней амбразур для ружей (44). Руководство этим ненужным делом возложено было на полициймейстера, после чего граждане по наряду выходили вместе с солдатами на работу и исполняли ее, как требовалось. Но вот кончилось тревожное время Крымской войны. За все это время никто ни разу не выстрелил в Николаев. Его дома и хаты стояли невредимы. А потому Россия не считала его ни разрушенным, ни даже пострадавшим.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70