Именовать город Николаев

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70

VIII

В сущности это был вовсе не банк, а благотворительная касса ссуд. Впрочем, при всей незаконности действий Городоваго комитета, дела его велись вообще старательно и честно. А потому, пойдя сразу неправильным путем, комитет шел им 48 лет, страшно запутал свои счеты, но — не обанкротился. За время своего существования он принял от города до 150 тыс. руб., а выдал на разныя общественныя благотворительный учреждения свыше 400 тыс. руб. Но надо сказать, что не только Городовой комитет, а и те ревизионныя комиссии, которыя посылались к нему, когда явилось сомнение в целости ввереннаго ему капитала, в своих докладах начальству заслоняли незаконность действий Комитета трогательными картинами благотворительности этого учреждения. Ревизоры докладывали, что если бы Городовой комитет действовал по закону, то совсем изменилась бы «благая цель этого учреждения, спасшаго многих от тяжких испытаний бедственной жизни, давшаго другим возможность укрыться с многочисленным семейством под собственным кровом, иным же послужившаго к избежанию от конечного разорения, и на последок не допустившаго при том того нравственнаго падения во многих из граждан, в какое часто ввергает человека борьба его с нуждой и лишениями всякаго рода». Из этих же докладов узнаем, что Городовой комитет выдавал ссуды и «по предложению начальства, безусловно, без всякаго решительно соображения».

Итак, этот Городовой комитет 48 лет шел по пути к банкротству, к загублению городскаго капитала. На этом пути он втягивал в свои обороты средства не только частных людей, но и разных учреждений и обществ, именно: думы, богодельни, уезднаго и девичьяго училищей, сиротскаго суда (вклад этого учреждения иногда доходил до 100 тыс. рублей), местнаго мещанскаго общества и пригородов. При этом он уплачивал учреждениям и пригородам не какой-нибудь процент, а все, что извлекал из оборотов их вкладами. Счеты свои он до того запутал, что назначенная начальством комиссия из бухгалтеров вместе с министерским чиновником целых три года напрасно старалась уразуметь, распутать их. И однако-же, при всем том, этот Городовой комитет, ликвидируя свои дела во исполнение воли начальства, совершенно исправно расчитался на все стороны (исключая разумеется городской кассы) да выдал 15 тыс. руб. на основание новаго городскаго банка. Кроме того, он сдал городской управе портфель слишком в 200 тыс. рублей.

Портфель считали тогда не имевшим никакой ценности. Но управа в следующем же году (в 1877 г.) получила 18 тыс. руб., да и потом ежегодно что нибудь получала от должников Комитета. Всего по текущий 1890 г. она получила 51,392 р. 43 к., а выдала истцам и разным кредиторам 37,498 р. 17 к. Остается у ней 13.894 р. 26 к.). А это вместе с полученным для основания городскаго банка составляет 28,894 р. 20 к. Таким образом, если взять во внимание, что Городовой комитет имел в своем распоряжении городской капитал в 54 тыс. руб. (190 тыс. ассигнац.) и потом разновременно принял до 150 тыс. руб., а выдал на разные городские расходы и благотворительный учреждения свыше 400 тыс. руб. ) и в конце концов возвратил слишком 28 тыс. руб., то выйдет, что Комитет ничего не потерял, а еще выиграл для города около 225 тыс. руб. Следовательно нельзя не признать, что идея Ивана Кустова была настолько разумна и прекрасна, что даже осуществленная самым неправильным образом никому не повредила, а многим принесла добро. Это дело ясно доказало, что общественное кредитное учреждение, действуя не ощупью, а по строго обдуманному плану, могло-бы отлично и вечно действовать, служа не только капиталу, но всему обществу, как учреждение именно благотворительное.

О зарождении и первоначальном ходе николаевской торговли сведений сохранилось чрезвычайно мало. Между прочим находим документ, из котораго видно, что в 1810 году, следовательно тотчас по окончании губернаторства маркиза де-Траверзе, было вывезено из Николаева зерноваго хлеба на 24 тыс. руб., а привезено в Николаев 80 тыс. пуд. соли, из коих две трети пошло за город, в край. Кроме того попадаются кое-какия сведения, из которых можно заключить, что Николаев в первое время развития своей жизни обладал довольно значительной каботажной флотилией, как рефлектом правительственнаго дела ново-заведенной верфи. Этот каботаж работал, плавая к Херсону и к Одессе. Брал и сдавал он грузы в Николаеве у «военной пристани» на Ингуле (что ныне под бульваром) (29), вынося все тягости тесноты и почти полнаго отсутствия места на берегу для склада грузов. Ясно, что даже дело торговли являлось в Николаеве не самостоятельным, а как-бы придаточным, кое-как лепившимся возле военно-морскаго.

Начальство, можно сказать, не препятствовало жителям извлекать для себя выгоды из торговли. Но вот в городские головы был избран Иван Кустов. Этот общественный деятель, при своем кругозоре, не мог смотреть на торговлю города, как на не безполезныя дела кое-каких промышленников. Он смотрел на нее как на залог общественнаго благосостояния и потому считал необходимым заботиться о наилучшем ея устройстве. И мы находим его рапорт адмиралу Грейгу, свидетельствующий нам до какой степени этот городской голова проникнут был служением обществу города. В этом рапорте говорится: «Город Николаев, имея свое положение между реками Бугом и Ингулом и будучи окружен селениями, занимающимися хлебопашеством и скотоводством, производит довольно значительную торговлю хлебом, солью, рыбою и сверху Днепра доставляемым лесом. На сей предмет жители г. Николаева имеют свои суда и производят разныя перевозки, а в особенности занимаются перевозкою хлеба в Одессу и доставлением сюда соли и лесов.

Нередко также приходят и иногородние со своими судами. Но по неимению нигде по реке Буг пристани, суда с лесом и солью должны обходить реку Буг и Спасский мыс под разными ветрами с напрасным затруднением и потерянием времени и входить без всякой надобности в р. Ингул, да и тут останавливаться в военной гавани, и по неимению мест и магазинов для складки своих товаров, суда с солью принуждены стоять в сей гавани до того времени, пока представится возможность продать соль, а леса перевозятся сухопутью; и торгующие, плати за такую перевозку лесов кроме водяной доставки, делают надбавку цен при продаже оных.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70