Именовать город Николаев

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70

III

Четыре года на Кавказе богаты на знакомства и дружбу с людьми любопытными и известными. Сблизился с генералом Раевским, Львом Пушкиным, поэтом Одоевским, с прославленным генералом Ипполитом Александровичем Вревским.

А однажды явился к Лореру молодой человек в мундире офицера Тенгинского полка, переведенный недавно из Лейбгусарского полка.

— Поручик Лермонтов, — и вручил Лореру письмо от Смирновой-Россет и книжку.

Фамилия поручика ничего Лореру не говорила, сочинений его в ту пору он еще не читал. Лермонтов казался чрезмерно холодным и желчным. Они распрощались вежливо, но без обоюдного тепла. И позднее мягкий, добродушный Лорер чувствовал какую-то неловкость рядом с этим казавшимся гордым, скучающим от всего окружающего офицером. Общего языка они так и не найдут.

Декабристы-кавказцы не понимали гордого индивидуализма Лермонтова, а он в ответ на это непонимание прятал истинную свою природу за желчной холодностью.

15 июня 1841 года Россия потеряла Лермонтова. За гробом шли офицеры Тенгинского полка, среди которых был и Николай Лорер. «Отечество наше лишилось славного поэта, который мог бы заменить нам покойного А. С. Пушкина, который также, как и Грибоедов, и Бестужев, и Одоевский все умерли в цветущих летах, полные душевных сил, и не своею смертью», — запишет Лорер на старости лет.

Отставка, как и многое в его жизни, свалилась неожиданно. Племянница пересылает ему записку от генерал-адъютанта Клейнмихеля: «Спешу поздравить А. О. Смирнову. Сегодня подписана государем отставка дядюшки вашего Н. И. Лорера по болезни».

«Отставка моя довольно оригинальна тем, что по исчислении моих подвигов на Кавказе как рядового начальство не поместило моей военной службы до ссылки в Сибирь, и в графе о происхождении прописало: «Из государственных преступников» и запретило въезд в обе столицы, подчинив меня надзору местной полиции. И тут еще не полное прощение, не полная свобода».

17 апреля 1842 года отставной прапорщик Тенгинского полка Николай Лорер, пожав руки друзьям, выехал в Херсон. Его принимает гражданский губернатор Владимир Иванович Пестель. Через двадцать лет жизнь его снова сталкивает с Пестелем! Но какова же пропасть между братьями: «На второй день после казни старшего брата — Павла, младший был назначен флигель-адъютантом».

«Таким образом, и на своем родном пепелище я не нашел той свободы, о которой мечтал так детски всю мою жизнь, да вряд ли она есть где-нибудь».

…И вот оно, родное пепелище. Кусты разрослись в деревья, поумирали старые слуги, из шести сестер — в живых одна. На могиле матери он горько плакал, «о потерянных счастливых днях своей юности». Съездил в Одессу, чтоб сменить мундир на гражданское платье.

Так и потекли годы в Водяном. «…Покоряюсь без ропота моему трудному положению. Еще должен сказать, что с нынешнего года мое крепкое здоровье начинает мне изменять, я чувствую приближение недугов… Этот год я поседел и чувствую, что физика моя заметно разрушается»,— пишет он Нарышкину в 1849 году. Впрочем, обещает не унывать и даже на будущую зиму приехать: «Клянусь, я помолодею и берусь рассмешить Елизавету Петровну своими рассказами и своим воображением».

Начало пятидесятых — полоса покоя, светлой радости, толком необъяснимой, и неожиданных удач. В конце 1851 года брат Дмитрий Иванович, отставной ротмистр Ордынского кирасирского полка, соблаговолил написать духовное завещание, по которому имение его после смерти перейдет в потомственное владение брату Николаю. Через год его освобождают от полицейского надзора, разрешают приезжать в Москву, а через четыре года — в Петербург.

А он не писать уже не может. Стол завален рукописями: стихи, рассказы, очерки. Зимой 1862 года садится за мемуары. Работает быстро и легко. Порой с присущей ему иронией, а то и озорством, порой с болью пишет он о давно минувшем и пережитом. И встает со страниц мемуаров дворянская Россия, идут в заграничные походы русские армии, мечтают офицеры-гвардейцы видеть Отечество счастливым. «Записки» Лорера отличаются живостью изложения, в которой проступают черты увлекательной устной манеры и являются истинным кладом для исследователей. Лорер пишет о деятельности Южного общества, ибо сам был одним из активнейших его членов, дает характеристику Пестелю и другим «заговорщикам». А потом Сибирь — тюрьмы, остроги и высший декабристский дух, выдерживающий все испытания.

В отделе рукописей Государственной библиотеки СССР им. В. И. Ленина хранится «Альбом, подаренный Александре Алексеевне (списки и выписки стихотворений, писем декабристов, своих воспоминаний и др. материалов 1827—1860 гг.) рукою Н. И. Лорера». Александра Алексеевна — дочь Алексея Васильевича Капниста, бывшего гвардейца-измайловца, отсидевшего три месяца по делу декабристов. Лорер часто навещал Капнистов в их имении Обуховке Полтавской губернии.

В альбоме Лорер скопировал и некоторые из произведений своих товарищей, в том числе рассказ Н. Бестужева «Похороны», который и стал известен благодаря Лореру.

Летом 1867 года он дописывает последние строки. «Записки декабриста» завершаются стихами:

«Конец. Все, что знавал, все, что любил,

Я невозвратно схоронил,

И в области веселой дня

Ничто уж не живит меня.

Без места на пиру земном,

Я только лишний гость на нем.

Сельцо Водяная, августа 5-го 1867 г.»

Жизнь приближалась к закату. В мае 1873 года 78-леший Николай Иванович Лорер скончался.

«Я не был ни якобинцем, ни республиканцем, — это не в моем характере. Но с самой юности я ненавидел все строгие насильственные меры!».

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ

ПОДЖИО И. В.

1. Восстание декабристов, т. XII, М., 1969.

2. Сергеев М. Верстами не измерить, Советская культура, 05.02.1982.

3. Семевский В. Н. Иосиф Викторович Поджио, Галерея шлиссельбуртских узников, ч. I, СПБ, 1907.

4. Эпизод 1827 года в имении Поджио, Юбилейный сборник памяти академика Д. И. Багалея, Киев, 1927, ч. I.

5. Белоголовый Н. А. Воспоминания и другие статьи, М., 1901.

6. Волконская М. Н. Записки, Л., 1924.

7. Музей А. С. Пушкина и П. И. Чайковского в Каменке, Киев, 1986.

8. Добринская, Тайна Иосифа Поджио, Смена, декабрь 1975.

9. Павлова Л. Декабристы — участники войны 1805—1814 гг., М., 1079.

10. Павлюченко Э. А. В добровольном изгнании, М., Наука, 1986.

11. Скальковский А. Первое тридцатилетие города Одессы, Одесса, 1837.

12. Шкалиберда М. А. Ната-вальс, газета «Трудовая слава», 01.04.1978, Каменка, Черкасской области.

13. Декабристы на поселении, М., 1926.

14. Записки А. В. Поджио, Мемуары декабристов, Южное общество, МГУ, 1982.

15. Старая Одесса. Исторические очерки и воспоминания, Одесса, 1903.

16. ЦГА ВМФ СССР, ф. 326, оп. 2, д. 986 и 1120 («Поджиевский дом» на карте г. Николаева 1841 г.).

17. ЦГИА СССР, ф. 1343, оп. 27, д. 3922 (Метрические свидетельства о рождении И. В. и А. В. Поджио).

 

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70