Некрополь Ольвии эллинистического времени

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112

Иглы встречаются в ольвийских могилах довольно часто. Обычно иглы делали из меди, и были они довольно длинными (игла из могилы 1/1956 имела длину около 10 см). Только в одной могиле 109/1901 выявлена игла, сделанная из железа. Были иглы сравнительно тонкими и, безусловно, употреблявшиеся для шитья (рис. 105, 18—19). Однако встречаются иногда довольно толстые (до 5 мм в сечении) иглы с большим ушком. Такая игла из раскопок 1896 г. хранится в ГИМ (рис. 105, 18). Она, скорее, напоминает шило, но без рукоятки.

Веретена. Костяные веретена в погребениях встречаются редко. Представление о них дает прекрасное резное веретено из могилы 88/1901, опубликованное Б. В. Фармаковским.

Кроме веретен о развитии ткачества свидетельствуют также находки пряслиц. Одно из них выявлено в могиле 110/1902 (Инв. Эрмитаж Ол. 5086). Второе известно из раскопок некрополя в 1896 г. Оно имело биконическую форму.

Точильные бруски довольно часто встречаются в могилах. По-видимому, они имели различную форму. В описях инвентаря иногда упоминается точильный камень или точильный брусок и оселок. О том, что представлял собой точильный брусок или оселок, можно судить по найденному в могиле 38/1901 бруску, имевшему продолговатую, несколько закругленную форму с отверстием для подвешивания (рис. 105, 13). Такие оселки мужчины обычно носили привязанными к поясу. Однако случается, что в могилах находят точильные камни довольно больших размеров. Так, в описи инвентаря могилы 36/1901 значится «большой точильный камень», а в могиле 110/1902 — «большая каменная плита (точило?)».

Интересно, что точильные бруски не являлись принадлежностью только мужских погребений. Изредка находили их и в женских: могилы 110/1902, 10/1908, 1/1956.

Предметы скифского происхождения. В ольвийских погребениях эллинистического времени встречаются изредка предметы скифского происхождения. О лепных горшках и курильницах скифского типа \же было сказано выше. Кроме них надо отметить еще несколько предметов. Это — бронзовая ворворка из погребения 13/1901 и гривна из могилы 106/1906. Гривны характерны для скифов. В царских скифских курганах (Чертомлык, Солоха и др.) на шеях покойников были найдены золотые гривны, украшенные на концах фигурками животных. Гривны встречаются и у населения Прикубанья. Так, на статуе из Анапы на шее мужской фигуры, одетой в гиматий, изображена массивная гривна. Видимо, обычай носить гривны был распространен у всех местных племен Северного Причерноморья. Ворворки являются специфическим предметом скифского военного снаряжения. Они употреблялись как в конской сбруе, так и в вооружении самого воина. Сквозь них продевались ремешки. Ворворки находили в Ольвии довольно часто, но все они относятся к VI—V в. до н. э. Наша же ворворка была найдена в могиле эллинистического времени и поэтому представляет известный интерес.

* * *

Общая характеристика могильного инвентаря. В большинстве случаев преобладает посуда различного качества и назначения. Необходимо отметить, что как привозная, так и местная посуда, за немногим исключением, представляет собой типы, хорошо известные в эллинском мире. Посуда ольвийского производства обычно следует общегреческим образцам (канфары, килики, чашки, лекифы и др.). В тех случаях, когда ольвийские гончары создают оригинальные формы сосудов (некоторые типы кувшинов, курильниц, светильников), они, как правило, все же не выходят за границы греческих обычаев.

Вещей непосредственно скифских в могилах Ольвии известно очень мало (курильница, несколько лепных горшков, гривна и ворворка). Все они датируются сравнительно поздним временем, главным образом II в. до н. э. До этого набор вещей погребального инвентаря оставался греческим, почти не испытывая влияния внешней скифской среды.

Этот факт, вероятно, можно объяснить тем, что, заброшенные далеко от своей родины и находясь в чуждом им окружении, ольвиополиты старались сохранить в чистоте свои обычаи, религию и правы, ревниво оберегая их от возможного смешения. Конечно, полностью отгородиться от окружающего мира было невозможно. Его влияние ощущается в некоторых второстепенных сторонах деятельности ольвиополитов, определяя вкусы отдельных жителей Ольвии, предпочитавших носить украшения скифского типа (лунницы, браслеты с закрученными концами и т. д.). Однако оно не затрагивает в данном случае основного — область религии, погребальных обычаев и культов. Это, по-видимому, свидетельствует о том, что чуждые, негреческие элементы в составе населения Ольвии в эпоху эллинизма, как и в предшествующее время, проникали очень медленно. Только в конце эллинистического времени ольвиополиты, вынужденные подчиниться силе, может быть, допустили какую-то часть скифов, пришедших вместе со Скилуром, в свои ряды.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112