Великая женщина киргизского народа Токтогон Алтыбасарова

В июне прошлого года в киргизском селе Курменты Иссык-Кульской области ушла из жизни Токтогон Алтыбасарова. Эта женщина с огромным любящим сердцем в годы войны стала матерью для 160 детей, эвакуированных из блокадного Ленинграда. Ни один ребенок, кто добрался тогда до горного села, уже не умер. Её история – доказательство существования в этом мире наивысшей доброты и человечности.

В 1941 году, когда началась война, практически всех мужчин из киргизского села забрали на фронт. А на должность председателя сельского совета назначили Токтогон Алтыбасарову. Девушке-комсоргу к тому времени было всего 16 лет. Но в те годы о возрасте никто не спрашивал. Спрашивали Токтогон о другом: о плане сдачи фронту хлеба, овощей, мяса. Летом 1942 из райкома партии сообщили, что в Курменты из блокадного Ленинграда привезут 160 детей. Тоня-эже и сельчане начали готовить для ребятишек помещение в барачном доме, делали сами матрасы, набивая сухим сеном мешки. В августе 42-го с баржи спустили на берег маленьких истощенных ленинградцев.

На переживших блокаду детей, как позже вспоминали жители села Курменты, было больно смотреть — опухшие от голода, с тоненькими шеями и глазами, полными страха. Многие были настолько слабы, что не могли ходить. Детей на бричках привезли в село. Токтогон Алтыбасарова заходила к сельчанам и рассказывала о несчастных крохах и о том, что довелось им пережить. И люди несли детям молоко, кумыс, кислый сыр курут, овощи – порой, последнее, что было в доме. Сразу малышам нельзя было давать много есть, и Токтогон собственноручно отпаивала их молоком по 2-3 чайные ложки в час. Глядя на оголодавших, оставшихся без родителей детей, она иногда выскакивала на улицу, ревела от бессилия и жалости, потом вытирала слезы, возвращалась и продолжала кормить.

Некоторые дети не знали даже своего имени, и Токтогон приходилось придумывать им имена и фамилии. Когда из расположенного неподалёку рабочего посёлка к председателю сельсовета приходили за справками русские специалисты, она спрашивала у них фамилию, имена родных, а потом вписывала русские имена и фамилии в метрики детей.

101Каждая семья из села Курменты взяла шефство над двумя-тремя приезжими ребятишками. К осени женщины сшили ленинградцам из войлока телогрейки, связали носки. Токтогон Алтыбасарова каждый день после работы забегала в детский дом. Старшие девочки звали ее Тоня-эже. Так принято было обращаться в Киргизии к старшей сестре. Малыши называли ее мамой. Невысокой, худенькой Токтогон Алтыбасаровой хватало на всех.

Жизнь детей-блокадников сложилась по-разному: кто-то вернулся в Ленинград, кто-то остался в Киргизии, кто-то уехал в другие республики Советского Союза. А Токтогон Алтыбасарова всю жизнь получала письма от своих воспитанников и всегда их ждала.

Замуж она вышла за своего односельчанина-фронтовика, и вместе они воспитали 8 родных детей. Свою старость Токтогон Алтыбасарова встретила в окружении родных детей, внуков и правнуков и хотела, чтобы «на земле больше никогда не было войны».

В столице Киргизии, городе Бишкеке, установлен памятник блокадникам Ленинграда, на котором высечен образ Токтогон Алтыбасаровой, женщине с великим сердцем.

 По материалам  kulturologia

Вам также может понравиться...