Округа античной Феодосии

Биюк Янышар. Укрепление открыто Е. А. Катюшиным в 1977 г. и состоит на государственном учете под № 2138. Находится в 1,2 км к югу от южного конца улицы Хуторской села Южного Феодосийской административной зоны [Катюшин, Айбабина, 1978, с. 328]. Располагается на вершине северо-западной оконечности хребта Биюк Янышар, имеющего со всех сторон за исключением юго-восточной довольно крутые склоны (рис. 63). С юго-восточной стороны укрепление отделяется от остального массива хребта неглубокой ложбиной. Очевидно, здесь находился ров, отделявший территорию укрепления от остального массива хребта. Приблизительная площадь памятника составляет около 0,5 — 0,8 га. В 1977 — 1978, 1981 г. экспедиция ФКМ проводила раскопки центральной части укрепления на площади около 500 кв. м [Катюшин, Айбабина, 1978, с. 328; Катюшин, 1979, с. 335]. Был исследован участок оборонительной стены, сложенной из крупных бутовых камней не позднее середины III в. до н. э. Жилые и хозяйственные изолированные постройки примыкали к оборонительной стене, имели общую глиняно-камышовую крышу, фасадом выходили во внутренний общий дворик. Стены жилых построек были построены из сырцового кирпича на каменном цоколе.

Зафиксировано два строительных периода, связанных с разными этапами жизни городища. Материал из раскопок представлен фрагментами синопских и родосских амфор, гончарной и лепной керамикой, ткацкими грузилами, монетами пантикапейской чеканки. Фрагменты кухонной гончарной посуды единичны, преобладает лепная керамика. Среди лепной посуды много фрагментов с налепами в виде галочек и шишечек. Горла лепных горшков украшены трехгранными в сечении валиками, часть кувшинов имела ручки, изготовленные из трех перевитых глиняных жгутов [Катюшин, 1998, с. 41].

На основании амфорной тары (синопской, книдской, косской, родосской, боспорской, колхидской, светлоглиняных широкогорлых амфор с двуствольными ручками типа С I и С II) и так называемых мегарских чаш, время существования данного памятника определяется в хронологических рамках: середина III — конец II в. до н. э. Находящееся у северо-западного подножия хребта Биюк Янышар большое селище, условно названное Узун Сырт (подножье), существовало с конца VI — начала V в. до н. э. до конца первой трети III в. до н. э. [Гаврилов, 1998, с. 17]. Монетные находки на селище Узун Сырт (подножие) хорошо согласуются с датой возникновения укрепления на хребте Биюк Янышар: они указывают на его нижнюю дату. На укреплении найден статер лисимаховского типа II в. до н. э. [Гаврилов, 2003, с. 22]. Встречающиеся на укреплении фрагменты амфор и краснолаковой керамики I — III в, н. э., показывают, что жизнь здесь возобновлялась [Катюшин, 1979, с. 335]. Территория памятника задернована.

Береговое 1. Открыто П. Н. Шульцем в 1951 г., определено им как скифское селище, возникшее в конце IV в. до н. э. и существовавшее до III в. н. э. [Шульц, 1953, с. 122]. Он отмечал, что размеры его равнялись: около 300 м с востока на запад, 120 м с юга на север, мощность культурного слоя местами достигала 1 — 1,2 м. На территории селища отмечен ряд небольших зольников. Был собран подъемный материал, представленный фрагментами чернолаковой керамики, родосских амфор, так называемых мегарских чаш и позднеримских реберчатых амфор.

В 1960 году памятник обследовал В. В. Веселов, в его полевом дневнике числится под № 26 [1960, с. 89]. Он находится в почти в центре села Берегового Феодосийской административной зоны (рис. 4. 2). В настоящее время площадь памятника занята старым сельским кладбищем, а также частными приусадебными участками по переулку Морскому: № 2, 3,4, 6, 8,10,12,14. Селище располагается на приморской террасе, в 150 м от современного уреза воды. В рельефе местности памятник ничем не выделяется. Однако В. В. Веселов зафиксировал на месте современного частного домовладения № 2 по переулку Морскому «бугор» высотой 5 — 6 м, состоящий из песка с большим содержанием ракушки. На этом «бугре» местные жители выбирали для своих нужд камень-ракушечник. Некоторые камни, виденные В. В. Веселовым, имели обработанный вид и были похожи на квадры разной величины. В борту одной из ям на данном бугре он зафиксировал слой сильно прокаленного грунта и собрал фрагменты античных амфор, чернолаковой посуды и керамиду. На территории кладбища исследователь нашел нижнюю плиту зернотерки, а также отметил наличие в верхнем слое поселения средневековой поливной керамики.

Обследование и шурфовки 1997 г. показали, что основная часть поселения располагалась на месте старого сельского кладбища, где при копке могильных ям находили фрагменты амфор, краснолаковой керамики, кости животных [Гаврилов, 1998 а, с. 74]. В микрорельефе местности кладбище является самой высокой точкой и похоже на уплощенный холм, имеющий относительно крутые склоны. Их остатки сохранились с северо-западной стороны кладбища на приусадебном участке М. А. Овчаровой по переулку Морскому, № 3, а также с северо-восточной и восточной сторон кладбища. Здесь склоны возвышенности наиболее крутые, в ее основании прослеживаются остатки канавы, которую местные жители засыпали бытовым мусором в 60 — 70 г. XX века. Возможно, это были остатки рва, окружавшего укрепление. К тому же в данном месте найдено шесть известняковых прямоугольных квадров размером 95 х 50 х 28 см, которые, может быть, происходят из оборонительных стен или построек укрепления.

По рассказам местных жителей, такие же квадры использовались для сооружения ограды кладбища в XIX в. С северо- восточной стороны поселения наблюдается естественное понижение микрорельефа. Похоже, что в древности здесь проходила неглубокая балка, которую использовали в качестве естественной преграды, выполнявшей функцию рва. К юго-западу от основной территории селища на приусадебных участках жителей села часто встречается средневековая поливная керамика 15 — 18 в., которая свидетельствует о существовании здесь средневекового селища. На приусадебном участке О. Г. Шавкуновой по переулку Морскому, № 6 находится выложенный известняковым камнем колодец с питьевой водой, его нижняя часть пробита в толще ракушечного известняка. Возможно, он был сделан еще во время существования античного поселения. Очевидно, наличие пресной воды и прибрежной дороги повлияло на возникновение здесь и средневекового поселения.

В 1997 г. на территории поселения, в доступных местах, было сделано 4 шурфа, которые показали наличие культурного слоя мощностью до 2,0 м (рис. 77 — 79). Материал из шурфов представлен фрагментами амфор: Хиоса (тип с прямым горлом и колпачковыми ножками) и Гераклеи IV в. до н. э; Синопы конца IV — III в. до н. э.; Колхиды III-II в. до н. э. [Цецхладзе, 1992, с. 98, рис.4,1 -3]; Херсонеса III — II в. дон. э.; Родоса II в. до н. э. [Абрамов, 1993, с. 43, 4.12]; Коса (красноглиняные с двуствольными ручками) I в. до н. э.; красноглиняных с ложнодвуствольными ручками І в. до н. э. — I в. н. э.; псевдородосских светлоглиняных широкогорлых с одноствольными ручками второй четверти I в. до н. э. — середины I в. н. э. [Внуков, 2003, с. 96]. В верхнем слое шурфов найдены единичные фрагменты: светлоглиняных узкогорлых амфор (тип Д по Д. Б. Шелову) и так называемых мирмекийских или фанагорийских амфор конца II — середины III в. н. э. [Зеест, 1960, табл. XXX, тип 79; Арсеньева, Науменко, 1992, рис. 37]. Кухонная и столовая керамика представлена фрагментами: чаш; тарелок; мисок; киликов, покрытых черным и красно-бурым тусклым непрочным лаком; так называемых мегарских сероглиняных чаш, покрытых черным тусклым лаком; краснолаковой посуды (тарелок, кувшинов, гончарных мисок, кувшинов); кастрюль; инвентариев; зернотерок. Лепной керамики мало (горшки, корчаги, жаровни, чаши), среди нее выделяется фрагмент кувшина, орнаментированный на лепными стилизованными изображениями человеческих лиц и волосовидными налепами.

Интересна также находка лагиноса, костяной ложечки. Лагинос имеет приземистое тулово, узкое высокое горло, ручку в виде перевитой веревки. На тулове нанесены полосы красно-бурой краской или лаком, на плечиках процарапано граффито в виде буквы N (рис. 79 — 81). Такие лагиносы привозились из Родоса [Зайцев, 1990, с. 90, рис. 4]. Абсолютная аналогия ему происходит из Артюховского кургана, погребальный инвентарь которого датируется в рамках 140 — 125 г. до н. э. [Максимова, 1979, с. 8,106, рис. 45]. В целом, имеющиеся материалы позволяют датировать памятник IV в. до н. э. -1 в. н. э., но, по-видимому, жизнь на нем возрождалась и в II — III в. н. э. Его месторасположение было очень удобным, так как отсюда хорошо обозревается морское побережье от мыса Ильи до мыса Чауда. Очевидно, население данного укрепленного пункта контролировало сухопутную дорогу и восточные подступы к Феодосии, а также следило за безопасностью каботажного плавания вдоль побережья Феодосийского залива.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72

Вам также может понравиться...