История Византии (краткий очерк)

Однако после смерти Феодосия в 450 г., константинопольское правительство резко изменило свою церковную политику. Сестра Феодосия Пульхерия, которой император оставил власть, вступила в брак со старым сенатором Маркианом и сделала его таким образом своим соправителем (450 — 457). Дискор, по-видимому, скомпрометировал себя как противник нового императора. Во всяком случае новое правительство первой своей задачей поставило свержение египетского иерарха, заручившись для этого цепным союзником в лице римского папы. На созванном в 451 г. IV вселенском соборе в Халкидоне императорские чиновники, действовавшие в союзе с папскими послами, добились осуждения монофизитства и александрийского патриарха. Диоскор был низложен и отправлен в ссылку. Одновременно были реабилитированы приверженцы Нестория Феодорит Кирский и Ива Эдесский. Собор предписывал признавать две природы Христа «в двух естествах неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно познаваемого». Вслед за собором последовал ряд строгих законов против еретиков и, главным образом, монофизитов, которых стали наказывать ссылкой и заключением.

Монофизиты в свою очередь повели агитацию против Халкидонского собора, обвиняя его в измене вере и принятии несторианства. Эта агитация нашла благоприятную почву в восточных провинциях империи — Египте, Месопотамии. Среди коптов и сирийцев давно уже зрело недовольство империей. Монофизитство явилось знаменем, вокруг которого они начали объединяться для борьбы против угнетающего их правительства, объявленного монофизитами нечестивым и еретическим.

В Палестине немедленно по окончании собора началось мятежное движение. Иерусалимский патриарх Ювеналий бежал в Константинополь. Его место занял монофизитский монах Феодосий, низлагавший епископов, сторонников Халкидонского собора, и посвящавший новых. Движение охватило всю страну, сопровождаясь поджогами церквей и правительственных зданий и убийствами духовных лиц, остававшихся верными официальной церкви.

Движение пришлось подавлять военной силой. Близ города Неаполя войска рассеяли восставших, среди которых главную роль играли монахи. Еще тревожнее было положение в Египте. Появление назначенного на место Диоскора нового патриарха Протерия вызвало крупные беспорядки, в которые было вовлечено все население города. В наказание правительство лишило население раздачи хлеба, прекратило игры на гипподроме и закрыло общественные бани. Но волнения продолжались. Небольшой гарнизон Александрии был истреблен восставшими. Пришлось посылать более крупные силы и отменить наложенное на город наказание. Однако и после этого большинство населения упорно не признавало Протерия.

Таким образом результатом Халкидонского собора явился церковный раскол в империи и начавшееся обособление восточных провинций.
Резко изменил Маркиан правительственную политику и по отношению к димам. Если правительство Феодосия покровительствовало зеленым, то Маркиан опирался на голубых. Он опубликовал указ, по которому все, принадлежащие к диму зеленых, теряли на три года право занимать какие-либо должности — как военные, так и гражданские. Источники, к сожалению, не сообщают, какие действия дима зеленых вызвали эти репрессии со стороны правительства.

Маркиан принадлежал к той же сенаторской партии, представителем которой в начале правления Феодосия являлся Анфимий. Классовая окраска мероприятий Маркиана ярко проявилась в его налоговой политике и его заботах о нуждах правящего класса. Вместо облегчения на логов, тяготевших над народными низами, император освободил сенаторское сословие от тяжелой, по его мнению, подати, налагаемой на сенаторов (follis). В интересах этого же сословия он облегчил для сенаторов бремя претуры, старой республиканской должности, потерявшей всякое действительное значение, но связанной с обременительными денежными повинностями. Если для сенаторов проводились совершенно конкретные мероприятия, то для других подданных в новеллах Маркиана мы находим лишь общие места и пожелание, чтобы правители провинций «могуществу сильных люден противопоставляли благодетельную силу закона и дух неподкупности».

По отношению к гуннам Маркиан решился на смелый шаг. Он отменил платеж; дани гуннам. Это мероприятие могло бы стоить империи дорого, если бы Аттила не был отвлечен своими обширными завоевательными планами на западе. Его неудача, на Каталаунских полях (451) и затем последовавшая через два года смерть вызвали распад гуннского племенного союза и неожиданное избавление Восточного Рима от грозного соседа.

Со смертью Маркиана прекратилась династия Феодосия. Выбор нового императора был предоставлен армии. Вождем же армии в описываемое время являлся первый член сената и магистр войск Аспар, алан по происхождению, опиравшийся на свою сильную личную дружину и на готских федератов. Род Аспара в течение трех поколений занимал высшие военные и гражданские должности в империи. Однако он и его три сына, будучи арианами, не могли претендовать на императорский престол. Поэтому Аспар добился избрания императором одного из своих людей, бывшего трибуна старой войсковой части Маттиариев — Льва (457 — 474), рассчитывая в Восточной империи распоряжаться государственными делами так, как ими на Западе в то время распоряжался магистр армии Рицимер, по своему усмотрению назначавший и низлагавший западных императоров.

Проводя на императорский престол свою креатуру — Льва, Аспар заручился от него обещанием сделать своим преемником одного из его сыновей. Могущество Аспара ясно говорит о том, что старая система комплектования армии или целыми варварскими племенами или отдельными вождями с их дружинами сохранялась и теперь. Могущество Аспара свидетельствовало о преобладающем значении варварского элемента в восточно-римской армии. А действия варварских вождей, захвативших власть в Западной империи, подстрекали к подобным же действиям в Восточной. Правящая же прослойка Восточной империи, естественно, не испытывала никакого желания очутиться во власти Аспара и его готов. Чтобы избежать этой участи, нужно было во что бы то ни стало создать туземную армию, которая могла бы быть противовесом Аспару и его федератам. Решение этой задачи правительством Льва, который тоже стремился освободиться от опеки Аспара, было найдено в том, чтобы противопоставить готам исавров.

По своему культурному уровню исавры стояли немногим выше готов, но имели перед ними то преимущество, что были местным, туземным населением и считались подданными империи. Лев решил использовать военные качества исавров, создав из них несколько военных частей в армии Востока, сформировал из них военный отряд, носивший имя экскувитов, для своей личной охраны, породнился с одним из исаврских племенных вождей Тарасикодиссой, переименовав его в Зинона и удостоив консульского звания.

В 465 г. Восточная империя сделала еще одну попытку активно «мешаться в дела Запада. Когда, римский сенат обратился к Льву с просьбой дать императора Западу, правительство Льва остановило свой выбор на богатейшем константинопольском сенаторе Анфимии. Огромные средства позволили Анфимию снарядить целое войско, с которым он и направился в Италию. Был выработан план совместной борьбы объединенными силами двух империй против королевства вандалов. Путем большого напряжения государственных средств удалось снарядить огромный флот, насчитывавший 1113 судов и снабженный всеми средствами тогдашней техники; собрана огромная сухопутная армия, которую византийские источники — несомненно преувеличенно — исчисляют в сто тысяч. Во главе основных военных сил был поставлен брат императора Василиск (468 г.).

Операции против вандалов начались успешно, но полная неспособность командующего или его измена явилась, по мнению византийских источников, причиной поражения. Вместо того чтобы немедленно итти на Карфаген, Василиск вступил в переговоры с вандальским королем Гензерихом. Последний, выбрав удобный момент, не дожидаясь срока окончания перемирия, внезапно напал на стоявший у мыса Меркурия императорский флот и уничтожил его. Узнав о поражении флота, сухопутная армия отступила. Так бесславно погибло предприятие, стоившее огромных сумм (около 30 миллионов рублей золотом). Казначейство империи долго не могло оправиться после этого краха. Более важным следствием этой катастрофы являлось давно подготовлявшееся крушение Западной империи. Ставленник восточного императора Анфимий в 472 г. был убит в Риме по приказанию Рицимера. Гибель огромного флота и крушение широких надежд, связанных с этой экспедицией, вызвали в Константинополе страшное негодование против Василиска, который по возвращении должен был искать убежище в церкви.

Страшную катастрофу приписывали интригам и противодействию Аспара. Его обвиняли в том, что, как варвар и арианин, он сочувствовал вандалам и обещал Василиску свое содействие в достижении тропа, если он погубит дело, во главе которого был поставлен.

Но если африканское предприятие Византии против вандалов потерпело полное поражение, то в Константинополе соотношение сил складывалось все более неблагоприятно для Аспара. В 471 г. дело дошло до решительной развязки, Лев заманил Аспара с сыновьями во дворец, и там, по его приказанию, Аспар и его старший сын Ардабурий были убиты. Последовавшая ожесточенная схватка между исаврской и готской частью дворцовой охраны закончилась победой исавров.

Константинополь был освобожден от варварской угрозы. Труднее было разрешить эту задачу на территории Балканского полуострова, где мстителями за Аспара выступили вожди остроготов.

Остроготы, находившиеся в зависимости от гуннов го времена Аттилы и вместе с ним ходившие в Галлию, после распада гуннского союза племен приобрели полную независимость и с согласия восточного императора Маркиана заняли Паннонию на правах федератов. Однако часть племени, включив в свой состав обломки некоторых других племен, перешла Дунай и образовала самостоятельную группу федератов империи. Вождем их был Теодорих, сын Триария, связанный родственными узами с Аспаром.

Перед решительной борьбой с Аспаром, Лев сделал попытку расположить к себе панионских готов, отпустив сына одного из их вождей (Теодемира) Теодориха, находившегося в Константинополе в качестве заложника. Но эта любезность не помогла делу.

В 470 г. паннонские готы овладели Сингидуном (Белград), затем, продвигаясь на юг, захватили и разграбили Наисс (Ниш). Льву, однако, удалось примирить с собой паннонских готов, предоставив им земли для поселения в Нижней Мезии.

Что касается Теодориха, сына Триария, то он в 473 г. потребовал передачи ему всего наследства Аспара и звания магистра армии.

Получив отказ, он начал грабить Фракию и взял приступом город Аркадиополь. Лев вынужден был предоставить ему высшее военное звание империи, уплатить крупную субсидию и отвести его племени места для поселения во Фракии.

Мы мало осведомлены о внутреннем состоянии империи в во — 70 годах V века. Можпо, однако, с несомненностью установить, что время правления Льва характеризуется дальнейшим ростом крупного светского и церковного землевладения. Землевладельцы, создавая личные дружины, так называемых букеллариев, из исавров и вооруженных рабов, пользуются ими для захвата чужой собственности. Той же цели они достигали и мерами экономического принуждения. Свободные крестьяне и крестьянские общины продолжали переходить под патронат сильных людей, а правительственные запрещения обходились путем составления фиктивных документов (дарственной, запродажи, сдачи в аренду и т. д.). Этот процесс, протекал настолько интенсивно, что правительство Льва оказалось вынужденным вступить с ним в борьбу, пытаясь сохранить мелкое крестьянское землевладение и помешать дальнейшим узурпациям прав государственной власти со стороны земельных магнатов. Так в 468 г. Лев и Анфимий издали новеллу о жителях митрокомии, запрещавшую владельцам, входящим в состав ее, продавать тем или другим способом свои участки кому-либо иному, кроме членов той же общины.

Эта новелла интересна не только тем, что она говорит о попытках правительства поддержать еще уцелевшие свободные крестьянские хозяйства, но и тем, что она свидетельствует для V в. о наличии следов сельской общины в византийской деревне. До недавнего времени буржуазные ученые, признававшие существование общины в Византии, считали, что она принесена в VI — VII вв. славянами. Но нахождение нового эпиграфического и папирологического материала дало возможность установить следы и остатки общинной жизни в ряде провинций империи до вторжения славян.

Так, египетские папирусы IV — VI вв. свидетельствуют о наличии значительных остатков общинной жизни в египетских деревнях: общем владении частью земли и пастбищами, которые община сдает в аренду, обычае крестьян образовывать ход для совместной обработки, тесной солидарности односельчан, сохранении местного самоуправления, распределяющего и собирающего налоги, улаживающего споры, распределяющего воду, круговой поруке в уплате налогов за своих членов. В связи с этим община обязывается обрабатывать землю и платить налоги за участки, опустевшие или брошенные их владельцами. О живучести остатков общинной жизни свидетельствует и предоставленное односельчанам право устранять посторонних от покупки земли в общине (προτίμησις). Такие же следы и остатки общинной жизни можно обнаружить и в Сирии, и в Фракии, и в Малой Азии, и на Балканах.

Сохранению элементов сельской общины, несомненно, способствовало то обстоятельство, что на территории империи в конце V века возрастает число поселений варваров (готов, скиров и т. д.), приносивших с собой общинные порядки.

В том же 468 г. правительство запрещает всем жителям городов и деревень держать у себя наемных воинов и вооруженных рабов. Было опубликовано новое постановление о патронате, карающее крупным штрафом как тех, которые принимали на себя патронат, так и тех, которые его искали.

В своей церковной политике Лев продолжал дело, начатое Маркианом, отстаивая принципы, установленные Халкидонским собором. Тем самым он углублял уже начавшийся церковный раскол между восточными и западными провинциями. Особенно бурное сопротивление Халкидонскому собору по-прежнему проявляла столица Египта — Александрия. Как только туда пришла весть о смерти императора Маркиана, враги Халкидонского собора, не признававшие своим патриархом Протерия, который был избран и поддерживался только лояльной по отношению к правительству аристократией города — «нобилями», овладели главной церковью города и поставили патриархом монофизитского монаха Тимофея Элура (457). Источники нам сообщают, что в избрании участвовали все сословия, все местные димы. Особенно активное участие в этом деле принимала влиятельная в Александрии корпорация корабельщиков. Власти не могли оказать сопротивление перевороту, так как гарнизон города вместе с его начальником — дуксом Дионисием — находился в верхнем Египте.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63

Вам также может понравиться...