История Византии (краткий очерк)

Но турки-сельджуки, потерпев поражение от Ласкариса, были еще более ослаблены татарами, которые разгромили их в 40-х годах XIII в. Иконийский султанат был вынужден после этого платить татарам дань и вообще не мог играть прежней активной роли в событиях. В Болгарии после смерти Иоанна Асеня II в 1241 году началась анархия, и слабые его преемники должны были отказаться от попыток удержать завоеванные им македонские и фракийские области. Латинская империя, ненавидимая греками, лишенная средств, сведенная территориально к Константинополю с его округой, с трудом влачила жалкое существование. Знать и духовенство всех византийских владений ставили перед собой одну задачу: восстановление империи и изгнание латинян из Константинополя. Разногласие было лишь по вопросу, кто должен возглавить движение, никейские императоры или эпирские деспоты. Вопрос этот был решен только в 1241 году, когда два византийских владения, до этого ведшие каждое в отдельности борьбу с латинянами, вступили в острый конфликт, закончившийся победой Никейской империи. Ее успехи в борьбе за восстановление Византии были подготовлены энергичной деятельностью ближайшего преемника Феодора Ласкариса — «императора» Иоанна III Дуки (Ватац).

Внутренняя история Никейской империи слабо разработана. Но известно, что Иоанн III Ватац (1222 — 1254) старался увеличить свои скромные доходы и заботился о поднятии земледелия, виноделия и птицеводства, что он с большей выгодой для своей казны продавал туркам хлеб во время голода в Иконийском султанате. Промышленная гегемония Византии канула в вечность. Подданные Никейской империи были вынуждены покупать итальянские ткани. Ватац употреблял всяческие усилия, чтобы поднять туземное текстильное производство. Для этого оп запретил своим подданным под страхом «бесчестия», т. е. лишения прав и состояния, покупать иностранные ткани, а довольствоваться только тем, что «производит земля ромеев и умеют приготовлять руки ромеев.

Едва ли эти мероприятия были эффективны, но современные источники свидетельствуют, что путем строгой бережливости и контроля Ватацу удалось улучшить экономическое состояние малоазиатских провинций.

Еще большую активность и энергию он проявлял в своей внешней политике, направленной к восстановлению империи. К 1224 г. он отнял у латинян почти всю территорию, которая им принадлежала в Малой Азии. Его флот отвоевал Лесбос, Хиос, Самос, Кос. Затем никейское войско переправилось в Европу и вытеснило латинян из южной Фракии. Константинополь был спасен подошедшим на выручку венецианским флотом.

Но эту неудачу Ватац компенсировал расширением своих владений в Македонии. Он нанес поражение своим соперникам, эпирским Ангелам, и осадил их столицу Фессалонику в 1241 году. Иоанн Ангел должен был отказаться от императорского звания и признать себя вассалом Никеи.

Воспользовавшись ослаблением Болгарии после смерти Иоанна Асеня в 1241 г., Ватац отнял завоеванные Асенем Македонские и Фракийские области, а в 1246 г. после смерти Иоанна Ангела присоединил к своим владениям Фессалонику. Наследник Ангелов сохранил в Эпире и Албании только незначительную часть старых владений этой династии, причем эпирский деснотат был поставлен в зависимость от Никеи. Еще раньше для совместной борьбы с папой, покровителем Латинской империи, Ватац породнился и вступил в союз с жесточайшим врагом пап Фридрихом II Гогенштауфеном.

Устранив эпирского и болгарского претендентов на роль восстановителей империи, он подчинил своей власти большую часть территории Византии, что уже само по себе фактически означало ее реставрацию.

Иоанн Дука Ватац умер в 1254 г., оставив Никейский престол своему сыну Феодору II, правившему всего 4 года. Федор окончательно вытеснил болгар из Македонии и загнал албанцев Ангела в их горы.

После его смерти власть унаследовал его восьмилетний сын Иоанн Дука. Началась борьба между важнейшими сановниками Никейского двора за власть и влияние. Из этой борьбы победителем вышел виднейший представитель греческой аристократии, группировавшейся вокруг Никейского двора, ловкий и беззастенчивый Михаил Палеолог, который в нарушение прав Дуки был провозглашен его соправителем и императором. Михаил Палеолог очистил двор от родственников и приверженцев старой династии, расставил везде своих ставленников, щедрыми подачками и обещаниями купил расположение знати, духовенства и войска, укрепил свой авторитет значительной победой в 1260 г. над Эпирским деспотом, соединившимся для борьбы с Никеей с латинскими феодалами Средней Греции и Сицилии. Уничтожив угрозу с запада, Михаил обратился к востоку, докончив восстановление империи. Маркс отмечает важное значение его союза с генуэзцами: «Михаил Палеолог предлагает генуэзцам союз против Венеции; они принимают его, обещают ему помочь флотом в завоевании Константинополя, взамен чего они должны были получить в Латинской империи преимущества, которыми пользовались до тех пор венецианцы».

В 1261 г., когда венецианский флот, единственная действительная защита Константинополя, был временно оттуда отозван, Михаил без всякого труда завладел городом. Латинский император, венецианцы, латинский патриарх и католическое духовенство должны были искать спасения в бегстве.

2. Восстановление Византийской империи. Революционное движение зилотов. Агония Византии при Палеологах (XIV — XV вв.).

Поверхностному наблюдателю может показаться, что восстановленная империя Михаила Палеолога являлась непосредственным продолжением империи времен Исаака и Алексея Ангелов, и полувековой период латинского владычества в Константинополе явился мимолетным эпизодом, не произведшим в жизни Византии никаких серьезных изменений. Но такое представление было бы ошибочным. Как ни велико сходство между Византией 1204 и 1261 года, нельзя упускать из вида, что она за это время претерпела значительные изменения, Прежде всего территория восстановленной империи значительно сократилась по сравнению с территорией, остававшейся во власти Алексея Ангела.. В 1261 г. в непосредственном владении Михаила Палеолога были северо-западный угол Малой Азии, большая часть Фракии и Македонии с Фессалоникой, некоторые острова в северной части Эгейского моря. Кроме того, в самом начале своего правления он получил в виде выкупа за освобождение из плена Ахейского князя Вильгельма, захваченного в битве при Пелагонии, три крупных крепости в Пелопоннесе: Монемвасию, Мистру и Майну. Эпирский деспотат оставался в вассальной непрочной зависимости от империи.

За время латинского хозяйничанья в Константинополе Византия лишилась в Азии перешедшего в руки мусульман Писидийского побережья с Атталией и Пафлагонского с Синопом. Отдаленная понтийская провинция превратилась в самостоятельное государство Комнинов. В Европе потери были еще более чувствительны. Южные склоны Балкан (северная Фракия) и северная Македония были полностью славянизированы. Эпир и Албания удерживали свою самостоятельность против константинопольских императоров путем тесного союза с латинянами Италии и Средней Греции. Были потеряны также Средняя Греция и Пелопоннес, распределенные между латинскими феодальными владениями, наконец, большинство островов Эгейского моря были прочно заняты или венецианским правительством или представителями венецианской аристократии.

Константинополь уже не являлся прежней блестящей мировой столицей. Трудно изобразить ту картину опустошения и разорения, которую представлял Константинополь после 5 7-летнего хозяйничанья крестоносцев. Михаилу Палеологу пришлось немедленно приступить к восстановлению стен, дворцов, полуразрушенных церквей и монастырей, на что были затрачены крупные средства. Эти расходы очень чувствительно отзывались на византийских финансах и делались с большим напряжением, по восстановление всех разрушений требовало более значительных сумм, чем те, которыми Византия располагала. По свидетельству историка Никифора Григоры, и в XIV в. в правление Андроника III «императорские дворцы и палаты знатных лежали в развалинах и служили уборными для прохожих и клоаками; равно и величавые здания патриархата, окружавшие великий храм Софии и сами служившие ей украшением, так как были творением древних архитекторов и других хотя более новых, но умевших строить так же хорошо, как в древности, были разрушены или сравнены с земле их.

Владычество латинян разрушило также старый механизм государственного управления. Восстановленная Византия представляет страну, все более распадающуюся на отдельные, обособленные в хозяйственном и политическом положении мирки, лишенные прочной связи между собой и слабо подчиненные центральному правительству, а часто и совершенно не желавшие ему подчиняться. Даже в области, остававшиеся византийскими после 1204 г., проникли обычаи и порядки, принесенные крестоносцами. Правители малоазиатских округов смотрели на себя как на самостоятельных пожизненных правителей. Они заключали союзы и мирились с турецкими эмирами, исходя из своих интересов, а не из интересов общегосударственных. То же самое проделывали в Европе Дуки, Ангелы, Кантакузины и другие представители византийской знати.

Центральная власть была вынуждена щедро давать широкие привилегии как церковным, так и светским землевладельцам, а также городам, обращать служилые земли в вотчины. Это, разумеется, ускоряло процесс ослабления центральной власти и уменьшало тот земельный фонд, доходами с которого содержалась боевая сила, необходимая для обороны государства. Одновременно с успехами децентрализации еще более увеличивалась пропасть между динатами и «убогими». Знать по происхождению и богатству, куда входили представители старой родовитой аристократии, богатые торговцы, верхушка духовенства, комплектовала из своей среды правительственную администрацию, держала в своих руках городские самоуправления, эксплуатировала «убогих» государственными налогами, рентами, ростовщичеством, деспотически диктуя им свою волю. Раздираемая внутренними распрями, знающая только свои эгоистические интересы, эта аристократия показала, что она и после событий 1204 г. ничему не научилась и ничего не забыла.

Вот почему империя и в XIV веке потрясается ожесточенной классовой борьбой между динатами и «убогими», нашедшей наиболее яркое выражение в революционном движении зилотов в Фессалонике.

Росту центробежных сил способствовала возрастающая финансовая слабость центральной власти. Византия и после своего восстановления никак не могла освободиться от опеки итальянских торговых республик Венеции и Генуи, привилегии которых лишали правительство большей части его доходов. Еще менее была способна Византия восстановить свое старое господство над морями, которое некогда делало ее распорядительницей европейской торговли. Эту торговую монополию подорвали уже крестовые походы. Латинское завоевание Константинополя нанесло ей смертельный удар. После 1204 г. контроль над Босфорской и Черноморской торговлей попал в руки венецианцев, которые не имели никакого желания сохранить за Константинополем его положение центрального европейского рынка. Венеция его рассматривала только как важный транзитный пункт ее черноморской торговли и как местный рынок для территории вокруг Мраморного моря. С 1204 г. центром европейской торговли стала Италия, и. торговые итальянские республики — Венеция и Генуя — использовали все возможности, чтобы помешать восстановленной в 1261 г. Византийской империи освободиться от их опеки.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63

Вам также может понравиться...