История Византии (краткий очерк)

2. Византия в IX в.

Достигнутое в VIII в. укрепление внутреннего и внешнего положения Византии обусловило некоторый подъем торговли и промышленности в империи.

Прежде всего необходимо отметить, что в течение всего рассматриваемого периода Византия оставалась важнейшим производителем и поставщиком предметов роскоши. Из Константинопольских мастерских выходило все, что знало средневековье IX в. в области утонченной роскоши: золотая парча, замечательные произведения ювелирного дела, Предметы украшения, осыпанные ценными камнями и жемчугом, изделия из слоновой кости, рукописи с раскрашенными миниатюрами, золотые с эмалью реликварии. Видное место в византийском производстве занимало изготовление шелковых и пурпуровых тканей. В VI в. в Византии начало развиваться шелководство, а в 568 г. Юстин II мог уже демонстрировать прибывшему к его двору из Средней Азии турецкому посольству вполне поставленное производство шелка.

Культура шелкового червя и выделка шелковых тканей скоро получила повсеместное распространение. Производство наиболее ценных шелковых тканей являлось монополией императорских гинекеев, и эти шелковые ткани, равно как и изделия из парчи, получили мировую известность. Наиболее крупными центрами ремесленного производства в IX в. являлись Константинополь, Фессалоника, некоторые города Греции, славившиеся выделкой шелковых тканей. В Патрасе изготовлялись богато расшитые пурпуровые одежды, выделывались всевозможные шерстяные ткани, на которых были вытканы великолепные картины, а также шелковые материи, славившиеся тонкостью своей выработки. Производство было сосредоточено в руках ремесленных корпораций, которые были лишены самостоятельности и находились под строгим контролем правительственных чиновников.

В области техники и механики Византия в основном сохраняла наследие античного мира, как это видно из сообщений источников о военных машинах или из описаний императорского дворца, где при аудиенции, даваемой иностранному посланнику, порхали и пели золотые птицы, вставали и поднимали рев золотые львы, а император со своим троном поднимался вверх и исчезал на глазах присутствующих.

В области торговли в IX в. Константинополь играл роль мирового центра, в котором обосновались целые торговые колонии иностранцев. Византия по-прежнему являлась единственным посредником восточно-азиатской торговли с западной и северной Вероной. По Черному и Каспийскому морям из Центральной Азии доставлялись пряности, ароматы, драгоценные камни. Крупным транзитным пунктом являлся Трапезунд, откуда восточные товары доставлялись в Константинополь. В руках византийских торговцев сохранялась оптовая торговля восточными и местными товарами. Они оставались полными хозяевами Черного моря. Византийскому торговому флоту принадлежало преобладание и в восточной части Средиземного моря.

Торговые сношения с Константинополем поддерживали города византийской Италии: Бари, Амальфи, Венеция. Со всякого ввозимого и вывозимого из Константинополя товара взималась 10% пошлина, что давало императорской казне крупный доход. Желал сохранить за Константинополем монопольное положение в торговле, византийское правительство не разрешало приобретать товары на месте их выработки, а заставляло иностранных торговцев покупать только в Константинополе, нередко из правительственных складов. Самым крупным торговцем являлось государство: оно монополизировало торговлю хлебом, лучшими сортами шелка, вина, оливкового масла, получаемыми в виде податей и сборов.

Торговля, как и промышленность, находилась под бдительным надзором чиновников. Помощник епарха в Константинополе обязан был знать всех торговцев, прибывших в Константинополь, с каким бы товаром и откуда бы они ни приходили. Он осматривал привезенный товар и сообщал торговцам условия, на которых они могут продать его; затем он назначал время, какое они могут прожить в столице, и по истечении срока приводил торговцев к епарху, представлял ему счет закупленного ими: товара, чтобы они не могли увезти вещей, запрещенных к вывозу. Среди предметов византийской торговли крупное место занимали рабы, доставляемые главным образом хазарами. Специальный тариф предусматривал государственную пошлину с каждого раба, продаваемого в империи; рабы продолжали находить значительное применение в домашнем и сельском хозяйстве, а также в промышленности. После смерти богатой владелицы шелковых мастерских в Пелопоннесе Данилиды в IX в. было отпущено на волю три тысячи ее рабов.

Правительство строго регулировало и кредитные операции и размер взимаемого процента. При Юстиниане разрешался кредит из 12% для заморских предприятий. Банкиры того времени — золотых дел мастера — могли взимать в IX в. 8%, прочие 6%. Нормальный процент до X в. был 8,33, а для морской торговли 16.6. Само правительство заботилось о том, чтобы накапливаемые им крупные средства не лежали втуне, а приносили доход. Так в 802 г. император Никифор, собрав наиболее видных представителей торгового капитала Константинополя, возложил на них обязательство взять из казны 12 литр золота (20 т. зол. руб.) из 16%. Но риск заморских предприятий в IX в. был слишком велик из-за арабских набегов, кораблекрушений, банкротств, чтобы способствовать развитию кредита в таких условиях. Поэтому богатые купцы, нажившиеся чиновники, военная знать предпочитали вкладывать свою денежную наличность в земельную собственность, тем более что в IX в. азиатские провинции, а несколько позднее и европейские, были более или менее ограждены от опасности вражеских вторжений. В связи с этим возобновляется рост крупного землевладения за счет мелких крестьянских хозяйств. С другой стороны силы реакционного монашества далеко не были сломлены.

Хотя Константин V в последние годы своего правления применял весьма решительные меры борьбы с монашеством и монастырским землевладением, однако эти меры не смогли нанести решительный удар монашеству, тем более, что отстаиваемая монахами религия соответствовала узкой ограниченности и темноте крестьянской массы того времени, у которой культ имел формы грубого фетишизма и требовал в качестве предметов поклонения икон, мощей и других объектов колдовства.

Уже при преемнике Константина Льве IV (775 — 780), который, оставаясь по взглядам иконоборцем, прекратил борьбу с монашеством, последнее оправилось от постигших его ударов. Крайняя партия иконопочитателей, добивавшаяся полного восстановления старых порядков, объединяется с умеренными, которые стремились только к отмене церковных новшеств. После смерти Льва IV монашество привлекло на свою сторону императрицу Ирину и добилось восстановления православия и почитания икон на VII вселенском соборе в 787 г. Военные части, разогнавшие первое собрание иконопочитателей в 786 г. были выведены, под предлогом похода на арабов, из Константинополя, заменены верными новому правительству частями и, наконец, распущены.

Причиной легкой в общем победы «икононочитателей» является, по-видимому, то обстоятельство, что значительная часть военнослужилой знати, поддерживавшая Исавров, была мало заинтересована в собственно иконоборческой в узком смысле политике и довольствовалась отнятыми у монахов землями, пользование которыми не было оспариваемо решениями собора 787 г. Победа «иконопочитателей», однако, не явилась ни полной, ни окончательной. В самой победившей партии не было единства. Вожди монашества — игумен Платон, Феодор Студит — не были удовлетворены достигнутыми результатами, требовали полного освобождения церкви от контроля государства и находились в натянутых отношениях с правительством и умеренными иконопочитателями во главе с патриархом Никифором. С другой стороны, попытки правительства Ирины снискать популярность в массах расширением налоговых льгот, уменьшением таможенных пошлин, вызывали все более растущее недовольство военных верхов, обвинявших правительство в разрушении финансов и армии.

Во внешней политике правительство терпело неудачи. Мир с арабами был куплен денежной данью. Не взирая на возвращение Византии к православию, папа Лев III в 800 г. провозгласил Карла Великого римским императором без всякого предварительного соглашения с правительством Восточно-римской империи, продолжавшим рассматривать себя как единственного законного преемника Римской империи. Образование империи на Западе, сверх того, означало окончательную потерю Равенны и Рима и угрожало захватом франками византийских владений в Венеции, Истрии и Далмации. Резко обострившаяся борьба в высших придворных и церковных кругах приводит в 797 г. к тому, что прославляемая церковью за благочестие Ирина ослепила собственного сына императора Константина, а пять лет спустя сама Ирина была низложена военно-придворной знатью и заменена великим логофетом (министром финансов) Никифором I (802 — 811).

Ставшая у власти военно-чиновничья группировка, не поднимая снова вопроса об иконах, возобновляет энергичный нажим на монашество. Снова идет секуляризация монастырских земель и раздача их командному составу армии; монастыри лишаются экскуссий (иммунитетов) и других привилегий, предоставленных им Ириной. Одновременно восстанавливаются таможенные пошлины на ввозимые и вывозимые из Константинополя товары и увеличивается налоговый нажим на массы: задним числом взыскиваются налоги с лиц, освобожденных от уплаты налогов Ириной. Строго взыскивается подымная подать, вводится гербовая пошлина. К отбыванию воинской повинности привлекаются теперь лица, не обеспеченные достаточными наделами, с которых могли бы содержаться воины, причем обязанность вооружать и содержать их возлагается на соседей, связанных круговой порукой.

Страшное поражение, которое потерпела византийская армия в 811 г. в войне с болгарами, где погиб и сам Никифор, передает власть в руки партии иконопочитателей. Их ставленник Михаил Рангавэ (811 — 813) даже план военных действий против болгар предоставил выработать студийскому игумену. Но придворные евнухи и монахи обнаружили полную неспособность бороться с болгарами. Монашеское правительство было сброшено армией.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63

Вам также может понравиться...