История Византии (краткий очерк)

3. Византийская культура V — VI веков

Византийская культура сложилась из взаимодействия трех источников: 1) античной традиции и эллинизма, 2) христианства, восторжествовавшего в качестве государственной религии в IV веке, 3) влияния азиатского и варварского востока, с которым Византия была связана тесными и неразрывными узами. Маркс характеризует Византию как амальгаму западной цивилизации и восточного варварства. В то время как в Западной Европе варварские нашествия стерли с лица земли древнюю цивилизацию (политику, юриспруденцию), и средневековье, по словам Энгельса, начало с самого примитивного состояния, Византия продолжала сохранять наследие эллинизма.

В пределы Восточной империи входили все старые известные центры эллинизма: Афины, Александрия, Антиохия, и сам Константинополь в основном являлся греческим городом. Эти культурные центры сохраняли сокровища античной литературы и искусства, хотя много культурных ценностей и было уничтожено фанатическим изуверством монахов.

Византийская литература и искусство были проникнуты античными традициями. Но, сохраняя античные традиции, культура Восточно-римской империи получила церковную христианскую окраску. На смену античной светской философии пришло православное «богословие». Традиции античной науки стали служить только подспорьем для богословского образования. Поэзия, музыка, изобразительные искусства были в значительной мере направлены на службу церкви; видной отраслью литературного творчества сделались так называемые «жития святых».

Византийская культура возникла не сразу. Время V — VI веков представляет период переходный от античной к средневековой культуре. В эти столетия христианство одерживает окончательную победу над умирающим язычеством.

Нужно отбросить сохранившиеся еще до нашего времени взгляды о полной деградации культуры в эти столетия, о деградации архитектуры, живописи, декоративного искусства, о том, что время после Константина не оставило каких-либо примечательных памятников искусства.

Обычное представление о Византии как о стране монашеского застоя, лишенной всякой культурной жизни и развития, нуждается в очень существенных оговорках.

Недостаточно учитывается тот факт, что в У — VI веках, равно как и в весь период раннего средневековья, «Рим Востока» как называл Византию Маркс, все еще оставался сокровищницей классической культуры, самой просвещенной страной Европы, откуда черпали опыт и знание народы Европы и передней Азии.

В V — VI веках складывается своеобразное византийское искусство, в котором античная эллинистическая традиция перерабатывается на основе многообразных восточных влияний. Это искусство нельзя рассматривать как механическое соединение античных и восточных стилей. На основе старых художественных традиций оно самостоятельно разрешало ряд творческих задач, создавая новые формы в архитектуре, живописи и скульптуре.

Вначале для христианских культовых зданий были заимствованы формы античной архитектуры, но в течение V века был выработан преимущественно для постройки церквей тип зданий, существенно отличающийся по плану и всей конструкции от типа древних базилик. Главную его особенность составляет употребление купола для покрытия средней части здания. Византийская архитектура на основе восточных традиций окончательно разрешила задачу помещения купола над основанием квадратного или вообще четырехугольного плана посредством так называемых парусов, или нандативов.

Блестящим разрешением этой архитектурной задачи явился знаменитый Софийский собор в Константинополе с его куполом. Творцы этого собора, византийские архитекторы VI века Исидор из Милета и Анфимий из Тралл, выполняя заказ торжествующего православия и деспотической императорской власти, создали постройку, поражающую своей конструктивной и стильной законченностью и расточительной пышностью. С окончанием этой постройки церковная архитектура христианского востока получила свой образец центрально-купольный, в противоположность базиличному типу, утвердившемуся на западе Европы.

Наряду с новыми архитектурными формами вырабатывается и византийский живописный стиль, унаследовавший основные начала от древнего классического искусства, но создавший на их основе новые формы. Если первоначально для выражения христианских идей живопись должна была прибегать к формам античным, языческим, то теперь и в живописи вырабатываются новые формы, уже христианские. Живопись находит широкое применение в украшении церквей стенными изображениями, исполненными кистью или мозаикой, воспроизводящими события ветхого и нового заветов. Равеннские мозаики, мозаики церкви Дмитрия Солунского, вновь открытые мозаики в Константинопольской Софии знакомят нас с этим византийским живописным стилем — холодным, торжественным. монументальным, изобилующим украшениями, с богатством красок чисто восточного характера.

Отражая роскошь и пышность византийских верхов, византийское искусство проникнуто стремлением к богатому, пышному, полихромному оформлению, богатой орнаментации. Внутренность византийских общественных сооружений V — VI веков напоминает усыпанный пурпурными цветами ковер или сад из разноцветных мраморов и мозаик. Но эта живопись сохраняет изящество античной формы. В этом убеждают нас миниатюры сохранившихся рукописей того времени — Илиады Амвросианской, Виргилия Ватиканского, Диоскорида VI века, носящие чисто эллинистический характер и напоминающие фрески Помпеи. Сохраняется и эллинистический реализм в портретной живописи, как об этом свидетельствуют дошедшие до нас в Равенне портреты VI века — Юстиниана, Феодоры и их двора.

Результатом окончательной победы христианства было прекращение самостоятельного существования философии и тесно связанных с ней в античности математических и естественных наук. Последним сколько-нибудь оригинальным и самостоятельным мыслителем античной философии был неоплатоник Прокл (412 — 485), проявивший свою деятельность почти во всех областях знания. Приемы точного исследования природы, которые развились впервые лишь у греков александрийского периода, были в IV веке совершенно утрачены, особенно после уничтожения христианством языческого научного центра в Александрии. Мы уже отмечали факт уничтожения патриархом Феофилом знаменитой Александрийской библиотеки и зверского убийства александрийскими монахами преподавательницы философии и математики Ипатии. При Юстиниане происходит повсеместная и окончательная ликвидация языческой науки. В Константинополе идеологи умирающего язычества — грамматики, риторы десятками и сотнями бросались в тюрьмы, где их принуждали к принятию христианства.

Афинская высшая школа была закрыта Юстинианом в 529 г., а последние ее преподаватели ушли в изгнание. Неудивительно, что в Восточно-римской империи уже с конца IV века доминирует церковная литература. Ее наиболее выдающиеся представители — восточные «отцы церкви». Ефрем Сирин (ум. в 372 г.), Василий «Великий» (ум. в 379 г.), Григорий Богослов (ум. в 390 г.), Иоанн «Златоуст» (ум. в 407 г.), Исидор Пелусиот (ум. в 436 г.), Кирилл Александрийский (ум. в 447 г.), Феодорит Кирский (ум. в 457 г.) раскрывают в своих многочисленных произведениях содержание идеологической системы, создаваемой православием, системы, которая в основном сводится к учению о загробной жизни, как о жизни вечной, противопоставляемой земной жизни, жизни временной, служащей лишь введением в жизнь вечную и объявляемой юдолью скорби и греха.

Страх перед неведомыми силами природы, с которыми бессильна была справиться слабая техника того времени, церковь использует для утверждения отношений господства и подчинения, внушая в то же время своим учением мысль, что только церковь является обладательницей особой спасающей силы («благодати»), составляющей монополию духовенства и передаваемой путем особых магических действий — таинств. Вышеуказанные церковные писатели вырабатывают мировоззрение, которое потом в течение долгих столетий господствовало на христианском востоке, проделывая здесь приблизительно ту же работу, какую на западе выполнял Августин и другие западные «отцы» церкви.

Теоретики торжествующего православия должны были также пересмотреть и оценить с христианской точки зрения оставшееся от древнего мира наследие античной образованности и прежде всего философию, историю, естествознание.

Первые «отцы» восточной церкви, хотя и прошли хорошую античную школу и овладели в значительной степени богатым культурным наследием прошлого, невысоко расценивают античную пауку и философию. Она для них, главным образом, предмет опровержений и материал для изучения истории человеческих заблуждений. Идеологи победившего христианства исходят в своей оценке античности из непоколебимо установленной предпосылки слабости и поврежденности человеческого ума, они решительно отрицают всякую свободу и самостоятельность научного исследования. У языческих философов они обычно различают две стороны: теоретическую и практическую. Первая ни на что не годна, и только отдельные моральные выводы второй могут быть использованы для подкрепления христианского вероучения.

История человечества рассматривается «отцами» исключительно с церковной точки зрения, как «домостроительство нашего спасения». Вместо прагматического объяснения причин и следствий исторических явлений, у церковных писателей универсальным объяснением является указание на «волю божию» и «козни диавола», и поэтому исторические произведения церковников являются или панегириками или памфлетами.

В области естествознания церковные писатели стремились согласовать сведения, добытые античной наукой, с библейскими сказаниями о творении мира, доказать идею целесообразности природы и премудрости творца в так называемых «Шестодневах», из которых наиболее популярным был Шестоднев Василия «Великого», сделавшийся на долгие века энциклопедией христианского естествознания во всех странах христианского востока.

Если положения античной науки противоречили библейским легендам, они бесцеремонно отбрасывались. Здесь уже в этот период ярко проявляется одна из особенностей средневековой схоластической учености: полное пренебрежение к данным наблюдения и опыта и преклонение пред авторитетом «святого писания». Образчиком печального состояния познаний в области природы является «Христианская топография» Косьмы Ипдикоплевста (VI в.), пользовавшаяся большой популярностью в средние века. Античные ученые Дикеарх Мессенский и Эратосфен Киренский довольно точно измерили величину земли. Аристарх Самосский дошел до правильного представления о вращении земли и планет вокруг солнца. Гиппарх Никейский вычислил расстояние от земли до главных светил. Нельзя сказать, что бы Косьма был совершенно незнаком с этими представлениями древних о мире, но эти представления противоречили библии, и потому их нужно было отбросить. Косьма выступает со своей собственной концепцией». По его мнению, земля имеет форму плоского параллелограмма, а не шара, причем этот параллелограмм окружен со всех сторон океаном. За океаном находится рай. От крайних границ рая поднимаются стены, сходящиеся у нас над головой и образующие небесный свод. Над ним жилище бога и других небесных обитателей, а еще выше движутся солнце и луна.

В обществе Восточно-римской империи V — VI веков, где между верхами и низами существовала пропасть, где верхи утопали в роскоши, а низы были обречены на постоянные лишения и несение тяжелых обязанностей, где был особенно тесен союз между самодержавием и православием, вполне понятно горячее сочувствие со стороны эксплуататоров той религии, которая учила «безропотно» переносить земной ад ради небесного будто бы рая и которая являлась могучим орудием правительства в деле закрепощения масс. Отсюда понятно огромное развитие в V — VI вв. монастырей, но они «…были ненормальными общественными организмами, в основе их лежало безбрачие…», и в них здоровые люди «спасались» от невыносимых налогов и военной службы.

Уродливое развитие монастырей вызвало к жизни огромную монашескую литературу и прежде всего так называемые жития святых, в которых всячески восхвалялись аскетические подвиги «подвижников» и которые пустили в ход множество нелепых басен и чудес. Здесь мы читаем, например, что «пасущиеся» монахи избрали способ пропитания, свойственный жвачным животным, что «подвижники» «спасаются» в конюшне, зарывшись в конский навоз, выпивают воду, оставшуюся после омывания ног странников, питаются отбросами монастырской кухни, наполненными червями. Современный читатель испытывает жуткое чувство при чтении этой литературы, проникнутой мрачной проповедью самоуничтожения. Но нельзя отрицать, что некоторые из произведений этой монашеской литературы, как, например, многочисленные произведения Ефрема Сирина, Лавсаик Палладия, «Луг духовный» Мосха написаны в литературном отношении умело и эффектно. Неудивительно, что они получили громадное распространение, и в русских монастырях были даже предметом обязательного чтения вплоть до момента ликвидации этих монастырей Великой Октябрьской революцией.

Но в Византии, в отличие от западноевропейского раннего средневековья, где занятия литературой сохранились только в монастырях, существовали многолюдные торгово-промышленные города, и они, а не монастыри оставались центрами культуры. Здесь поэтому сохранилась и светская школа и светская литература, хотя на ней, разумеется, должны были неблагоприятно сказываться все усиливающееся господство церковной идеологии с ее фанатизмом, аскетизмом, подавлением личности и правительственный деспотизм, беспощадно уничтожавший всякое проявление оппозиционности.

Византийская филология тесно примыкала к античной науке и по-прежнему разветвлялась на несколько отраслей. Ученые этой специальности, как, например, Георгий Хировоск (V век), Евгений, преподаватель высшей константинопольской школы при императоре Анастасии, Иоанн Филопон и др. носили различные названия: грамматиков, лексикографов, риторов, комментаторов. Во время Анастасия жил ученый первой величины Присциан, автор грамматики латинского языка, которая была завершением учености предшествующих веков и сохранила свой авторитет тга много столетий. Он же оставил панегирик в честь Анастасия.

Все эти ученые составляли многочисленные словари, имевшие своей задачей собрание и объяснение или отдельных слов или целых фраз и сентенций. В этих словарях помещались также сведения мифологические, исторические, археологические, большей частью заимствованные из книг древних схолиастов и грамматиков.

Начиная с VI в. в литературе Восточно-римской империи начали появляться особого рода сборники пословиц, анекдотов, притч и изречений разных мудрецов и писателей. Это — так называемые «цветники», или антологии, легшие в основу позднейших сборников, так назыв. «пчел». В них, наряду с библейскими текстами и изречениями отцов и учителей церкви, приводились изречения древних языческих мудрецов, поэтов, философов, историков, ораторов.

Плодом литературных занятий компилятора начала VI века Иоанна Стобейского явилось объемистое собрание извлечений из более чем 500 древних поэтов, историков, ораторов, философов; его сборник в течение всего византийского периода оставался главным источником для последующих сборников изречений, пословиц и других кратких выражений народной и книжной мудрости.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63

Вам также может понравиться...