По следам древних кладов

Глава IV

О ДРЕВНЕМ ЗОЛОТЕ ИЗ СОБСТВЕННОГО ОПЫТА

Я никогда не стремился найти клад или древние сокровища, хотя понимал, что такая возможность всегда существует. В то же время не буду кривить душой, если скажу, что любой археолог мечтает открыть или найти что-нибудь уникальное. Но заверяю — эта мечта далеко не главная в нашей профессии. Полевая работа археолога далека оттого романтического ореола, который традиционно ей приписывают обыватели. Летняя жара, пыль, часто ненормированный рабочий день, жизнь в палатках или съемных крестьянских домах, тяжелая работа землекопа и однообразное питание — традиционные составляющие каждой экспедиции. Если же изучаются степные курганы, то весь рабочий день ревет землеройная техника. Когда же замолкает бульдозер и оседает поднятая им пыль, с особой остротой начинаешь чувствовать и ценить тишину.

Попав в экспедицию, далеко не каждый романтик остается им к концу полевого сезона. И тем не менее главная интрига нашей работы состоит в таинстве открытия, когда перед раскопками знаешь, что в любом случае открытие состоится, но неизвестно какое! Чувство, что ты стоишь на пороге тайны и имеешь возможность соприкоснуться с неизвестной тебе жизнью, а иногда и виртуально вернуть ее из небытия, и является той наградой, которая позволяет не обращать внимания на бытовые лишения и неудобства.

Открытие же золота или древних уникальных изделий придает исследованиям интригу и особую остроту, как специи придают необычный вкус тому или иному блюду. Они позволяют на время вырваться из рутины научной работы, пробуждают азарт, приносят радость и моральное удовлетворение. Но… далеко не каждый профессионал сталкивается с кладом или древним золотом. Мне повезло получить небольшой опыт общения с этими неоднозначными находками. О нем и хотелось бы рассказать.

МОЙ ПЕРВЫЙ КЛАД

Не всякому дураку клад дается.

Русская пословица

Впервые я обнаружил клад, закончив второй курс истфака МГУ. Хотя учебную археологическую практику мы прошли на первом курсе, а специализация начиналась с третьего, все будущие археологи добровольно и главное с удовольствием выезжали в университетские экспедиции. Мне очень хотелось поехать в Хакасию копать курганы, но слишком поздно сообщил об этом руководству. В результате по распределению оказался в Тульской области.

Наша небольшая экспедиция вела раскопки на славянском городище у села Супруты, недалеко от всемирно известной Ясной Поляны JT.H. Толстого. Ее костяк, помимо руководительницы Софьи Андреевны Изюмовой, составляли аспирантка с мужем, четверо ребят-энтузиастов из Тулы и мы-трое студентов МГУ. В качестве рабочих четыре утренних часа городище копали тульские старшеклассники. Мы же считались экспедиционной «элитой» и контролировали работу школьников. В отличие от них и руководства, которые жили в здании местной школы в селе, мы разбили палаточный лагерь на городище, находившемся между двумя глубокими оврагами налесной опушке.

Нас никто не заставлял брать в руки лопаты, не контролировал, но мы сами, по собственной инициативе и глупости, продолжали работу после обеда. Стояла страшная жара, в тот год горели леса, но нас спасала живописная речка Упа, молодость и здоровый оптимизм.

Расположенное в изумительно красивом месте, городище само по себе представляло большой интерес: оно погибло в результате внезапного налета варягов и поэтому имело очень
насыщенный культурный слой. Здесь уже находили ценные предметы, и первое, что мы услышали от местных жителей, это рассказ о «золотой лодке», якобы закопанной на городище. Но именно в этом году С.А. Изюмова решила сделать разрез оборонительного вала и ограничиться изучением небольших участков на периферии. Работа для нас была рутинной и, честно говоря, малоинтересной: находок мало, земли много, да и магазин, где можно было купить дешевый «портвейн» и «кильку в томатном соусе», находился в 4 километрах от раскопок. Казалось, все предвещало нудный полевой сезон, но именно в том году был открыт замечательный клад. И «пришел» он в мои руки. Случилось это так.

…После очередного трудового дня, когда немного спала жара, мы повылезали из своих палаток и начали уточнять чертежи раскопа: где появились новые пятна сооружений, в каких местах были обнаружены отдельные находки, скопления керамики и так далее. Проверяя одно из пятен, где несколько часов назад работали школьники, я стал лопатой зачищать предполагаемые границы. Ее лезвие почти сразу же скользнуло по какому-то предмету, и из земли появился фрагмент белого «прута». Прекрасно помню свою реакцию: алюминиевая проволока! И первое стремление: рукой вытащить ее из земли. Но что-то остановило. Или первые полученные навыки, или врожденная интуиция сделали свое дело. На всякий случай я остановился и взял в руки нож и кисточку. Через минуту «проволока» превратилась в полукруг и ушла в землю. Затем рядом, чуть ниже, появился еще один виток, затем другой, затем еще один… После этого стало ясно, что «алюминиевая проволока» не что иное… как прекрасно сохранившийся серебряный браслет! Появился азарт.

Мой первый клад состоял из серебряных украшений и этих восточных монет-дирхемов

Как оказалось, находки только начинались. Внутри браслета стопкой лежало более десяти восточных серебряных монет — дирхемов, а на них обломок женской серьги, также из серебра. Некоторые монеты имели дырочки для подвешивания и использовались славянскими модницами как украшения. Проверка культурного слоя вокруг браслета привела к открытию еще нескольких монет. Всего же их оказалось около двадцати!

В свете нынешних нравов с удовлетворением вспоминаю, с какой гордостью мы понесли эти редкие находки руководству и с каким удовольствием наблюдали реакцию. Никому из нас в голову не пришло что-нибудь утаить или вообще умолчать о кладе. А ведь обнаружен он был во внерабочее время, практически без свидетелей. Пишу об этом только потому, что знаю настроения своих студентов и далеко не уверен, что все они поступили бы так же. В качестве поощрения мне дали возможность на три дня съездить в Москву, где я принял теплую ванну и на время забыл о рыбных консервах в томате. До сих пор благодарен за это Софье Андреевне.

Сегодня, спустя более 30 лет после открытия клада, анализируя условия его находки, я понимаю, что эти вещи уже стремились к людям. Ведь все планы работ на то знойное лето ограничивались техническим изучением оборонительной системы городища, когда по определению ничего ценного найти невозможно. А клад тем не менее состоялся! Почему-то он не был найден раньше, когда городище пахали и при этом даже зацепили браслет и несколько монет протащили по пашне. Не нашли его и в прошлые полевые сезоны, когда заложили, но не докопали на этом месте раскоп. Не наткнулись на него и работавшие у нас школьники. После этого читаешь легенды и сказания о кладах и приходишь к выводу: наверное, срок ему вышел!

Браслет, судя по размерам, оказался детским. Видимо, во время внезапного нападения врагов он был предусмотрительно снят с руки и вместе с другими украшениями спешно прикопан в земле. Мне почему-то кажется, что это серебро принадлежало девочке 10-12 лет, которой все же удалось спастись. По крайней мере, я в это верю…

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92

Вам также может понравиться...